Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Подбородком он зажал очередную пачку печенья. Лина быстро помогла ему поставить вкусности на небольшой столик, а затем, увлеченная приятной музыкой ночи, застыла, пытаясь вглядеться в скрытый тьмой горизонт.

– Не забудь, что тебе завтра играть. Успеешь выспаться? – спросил Вадим.

– Успею, обычно я сплю недолго. И… Вадим, спасибо…

– Ты про ситуацию с Галей? Девочка немного несдержанная. Понимаю, что Дима не оправдал ее ожиданий, но ты здесь абсолютно ни при чем.

Лина довольно улыбнулась и коснулась губами холодного металла банки.

– Они наверняка подумали, что мы пара, – усмехаясь, добавила она.

– А разве нет?

Лине показалось, что ветер перестал дуть и волны замерли в нескольких метрах от берега. Фонарь вдруг стал до невозможности ярким, а банка только сейчас обожгла пальцы холодом. Лина повернулась к Вадиму, рассматривая его приятные черты в полутьме. Он не улыбался, не язвил. Ни тени насмешки на лице. Сердце ее тут же забилось чаще, низ живота сжался. За одно лишь мгновение ее из холода бросило в жар.

– Ты мне скажи, – выдавила она пересохшими губами."

"Вместо ответа Вадим приблизился к ней, сел на самый край кресла. Не помня себя, она, кажется, сделала тоже самое. Ее рука сама собой отставила банку и коснулась его груди. Сердце Вадима отбивало бешеный ритм, и теперь Лина понимала, что он не шутит, не пытается ее подловить, не флиртует, не играет с ней.

Вадим едва наклонил голову, обращая внимание на теплую ладонь, прижатую к рубашке. Лина услышала его тяжелое дыхание, отчего где-то в глубине ее тела все сжалось пружиной.

А он медлил, будто пытался растянуть сладостный момент, будто изучал каждую частичку ее тела, думая, куда послать свой поцелуй. И все же губы оставались лучшим и неизменным вариантом.

Лина тонула в приятном ощущении, волной раскатывающемся от макушки до пяток. Она уже чувствовала горячее дыхание на губах, вдыхала аромат его парфюма, ждала, обмякнув в кресле. Вадим сначала прикоснулся к ее губам слегка, будто проверял, насколько они горячи, насколько желают этого прикосновения.

И когда понял, что рубашка на его груди была тут же смята, что девичьи пальцы дрожали, что Лина вся подалась вперед и прерывисто задышала, отдался моменту. Их первый поцелуй получился затяжным и жарким. Губы Вадима, безумно мягкие и умелые, тщательно изучали Лину. И в то же время девушка отмечала, что он осторожничает, будто не уверен в собственных порывах и хочет сделать все правильно.