Тогда Анна с улыбкой привела еще один довод:
-- Кроме того, в моем поместье есть швейная мастерская. Если ты захочешь, я научу тебя кроить ткани и… -- Я согласна, ваша светлость! – торопливо ответила Мишель. Анна удовлетворенно кивнула головой собственным мыслям: «Значит, я не ошиблась! Девочка действительно редкая пташка из тех, кто желает надеяться только на себя. Скорее всего, насмотревшись на родителей, она и замуж торопиться не станет. Пожалуй, если она будет честна, то можно считать, что нам повезло обеим.
». Суетливые сборы девушки были очень недолги: единственное приличное платье было на ней, зимняя накидка была столь стара, что Анна просто велела ее бросить. Два небольших узла с личными вещами солдаты просто закинули в задний ящик кареты. -- Не могу я это бросить, ваша светлость! Там ножницы хорошие и иглы дорогие, и крючки, чтобы пальцы на перчатках выворачивать и еще разное… -- Франсуаза, принеси, пожалуйста, для леди Мишель плед из кареты. Все же сейчас еще слишком прохладно.
На обратном пути снова ночевали в доме мадам Леруан. На вежливые вопросы о здоровье мужа хозяйка, все так же похожая на серую мышку, только вздохнула и, приложив к совершенно сухим глазам кружевной платочек, кротко ответила:
-- К сожалению, без изменений. Ах, как же я нуждаюсь в помощи драгоценного Анатоля! -- Бог не оставит вас, дорогая мадам Леруан, – вежливо ответила герцогиня. -- А это – моя новая фрейлина, леди Мишель Демар.
Девушка робко поклонилась, придавленная размерами дома и роскошью обстановки.
Её покойная мать, стесняясь своего положения, не ходила в гости и к себе людей не приглашала. Нельзя сказать, что Мишель была совсем уж дикарка, но многие вещи она видела впервые в жизни. Госпожа Леруан покивала новой фрейлине, с некоторым удивлением оглядывая ее более чем скромную одежду: «Странно… Герцогиня могла бы принять на службу более… более солидных и обеспеченных дам. Чем ее заинтересовала эта девица? Демары… Демары… -- мысленно перебирая все, что знала о местных родах, мадам вспомнила: -- Ах, ну да… Род старинный, но разорившийся окончательно.
Последний Демар умер, кажется, года два назад? Значит, девица – дочь. Странно… Может быть, стоит сейчас?… Нет, сперва нужно дождаться исполнения Божьей воли. Кто знает, сколько Анатоль еще протянет. А уж там, ссылаясь на сиротство, можно будет и попробовать…» Впрочем, эти практичные мысли вовсе не мешали мадам отдавать распоряжения по хозяйству.
