Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Взросление рубинового дракона сопровождается мучениями и страданиями, а с подросткового возраста пламя начинает испытывать хозяина на прочность. И если в случае с малахитовым, сапфировым или янтарным, бушующие гормоны влияют только на изменение человеческого тела, пламя рубинового дракона медленно, клетка за клеткой, уничтожает хозяина изнутри. Превращение в свою истинную форму для них – пытка, зачастую каждая попытка обернуться оканчивается множественными ранами. Совершить полный цикл обращения удается лишь единицам; причина – в особенностях рубинового пламени.

Оно сопротивляется процессу обращения, ускоряя процесс разрушения организма. Если рубиновому дракону, через кровь, пот и слезы, удается приручить истинную форму, пламя подчиняется ему и необратимый процесс самоуничтожения останавливается.”

– Ничего себе, – я подняла глаза от книги, прижимая к губам ладонь. Какие же страдания испытывают те бедняги, кому не посчастливилось родиться рубиновым? Раны, ожоги, медленная, а если не сможешь побороть пламя в груди – верная смерть! При одной мысли о мучениях, что выпадают на долю самых красивых особей из драконьего племени, пробирала дрожь.

В книге была гравюра, озаглавленная как “Обернувшийся рубиновый дракон” – оне не могла передать всю глубину цвета, но смогла отразить горделивую стать и изящный наклон шеи, покрытой твердой чешуей, которую не пробило бы и самое острое копье.

Я пальцем обвела контур гравюры, дыхание в груди сперло – даже на мелкой картинке рубиновый дракон выглядел величаво и пугающе.

Какие же они тогда в жизни?"

"Хотелось почитать подольше, но время поджимало. За окном с минуты на минуту должен был наступить рассвет, но сейчас за тонкими занавесками все еще колыхалась тьма. У меня было всего несколько минут.

Главу о сапфировых драконах начать не успела – нащупала что-то выступающее за обложкой книги. Страницы, аккуратно завернутые за нее, отличались по цвету и выглядели старше, как будто долгое время пролежали в сырости и забвении. Единственное, что я успела ухватить взглядом со страницы, так это первую строчку: “…считаются вымершими.

Уничтожены рубиновыми драконами в борьбе за территорию…”

Медленно потянув за темный лист, я охнула от неожиданности, когда выпирающая часть с хрустом отошла от корешка. Во рту пересохло от волнения – я чувствовала, что нашарила верную ниточку, которая сможет привести меня к правде.

Небольшая тетрадь в десяток страниц была озаглавлена четко и коротко: “Метрика”.