Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Это проще, чем Мишу инструктировать. Очень уж он горячий.

— Мишу учить надо, а не делать за него его работу, — отрезал Гордеев. — А тебе я запрещаю разговаривать с задержанным. Ты у меня не для этого работаешь.

Полковник, наверное, не смог бы с уверенностью ответить на вопрос, почему он так бережет Настю Каменскую, почему так прячет ее от всех. Но где-то в глубине сознания, почти на уровне инстинкта, жило убеждение, что Настя — его козырная карта. Поглядев на расстроенное лицо своей подчиненной, он вдруг широко улыбнулся.

— Иди, деточка, подумай как следует, — ласково сказал Колобок. — Завтра мне расскажешь, до чего додумалась.

* * *После ухода Каменской Виктор Алексеевич Гордеев снова заметался по кабинету. Ему нужно было решить для себя непростой вопрос: что делать с версией о причастности племянника президента Фонда поддержки предпринимательства к изнасилованию двенадцатилетней Наташи Ковалевой. Сама по себе версия казалась ему перспективной, но он очень не хотел втягивать своих ребят в политические дрязги.

После недолгих раздумий Гордеев решил принять удар на себя. Подсел к телефону, набрал номер. Он звонил своему давнему приятелю Жене Самохину из пресс-центра МВД.

— Витя! — обрадовался Самохин. — Пропащая душа! С работы звонишь?

— С работы, — подтвердил Гордеев.

— Значит, по делу, — сделал вывод Самохин. — Говори сразу, что надо, я через пять минут убегаю.

— Женя, мне нужна информация на Ковалева Виталия Евгеньевича из аппарата вице-премьера Аверина и на Виноградова из ФФП.

— А виллу в Каннах и лимузин? Не надо?

— Женечка, ну пожалуйста. Мне много не надо. Я только хочу знать, знакомы ли они, и если знакомы, то в каких отношениях, а если не знакомы, то в каких сферах их интересы могут пересечься. Вот и все. А, Женя?

— Что, и чернухи никакой не надо? — недоверчиво переспросил Самохин.

— Не надо. Меня интересует только их связь. Сделаешь?

— Сделаю, — вздохнул Самохин. — Вечером позвоню тебе домой.

Но Гордеев не был бы Гордеевым, если бы ограничился только этим.

Недаром о его недоверчивости ходили легенды. И дело было не в том, что он не верил людям. Он никогда не забывал, что правда и истина — далеко не одно и то же.

* * *Выйдя из кабинета начальника, Настя Каменская отправилась в дежурную часть просматривать сводки и рабочую книгу дежурного по городу. Никто не мог бы точно сказать, что она ищет в этом ворохе сведений, может быть, этого не знала и сама Настя.