У Павлова есть на него какой-то выход.
— Почему ты решил?
— А он пытался через генерала узнать, не нарыла ли Анастасия чего-нибудь эдакого в деле Филатовой.
— Но почему? Почему именно Каменская?
Гордеев довольно улыбнулся. «Вот тебе, Пашенька, доказательство, что я не ошибся, когда брал к себе никому не известную девчонку из райотдела. Как ты тогда сопротивлялся!»
— Потому что, — раздельно и веско произнес он, сделав паузу. — Вот ты мне не верил, когда я говорил, что из нее будет толк. И ошибся. А я оказался прав.
Да, она многого не умеет. Да, у нее кое в чем нет опыта. Но репутация — это тоже оружие, и немаловажное. Знаешь, Паша, — добавил Гордеев, остановившись за спиной у своего зама, — я, честно признаться, сам не знал этого. Только когда генерал меня вызвал и стал орать, что Настя — моя любовница, тогда я понял, что тот, кто его на меня натравил, интересуется в основном Каменской. А это значит, ему сказали, что реальная опасность может исходить только от нее. Конечно, в первую минуту мне было обидно.
Что же, выходит, мы все не в счет? Я тридцать лет в розыске работаю, и меня преступник не боится, а она — всего шесть лет, и уже такая слава. Вот тогда, Пашенька, я и понял, что это — другие преступники. Поэтому они и не боятся тех, кто вырос из старой школы, они понимают, что у нас логика другая, мышление другое. Если хочешь, привычки другие. А Анастасия — она особенная. У нее мозги набекрень. А это означает, что я прав.
— Ну хорошо, пусть ты прав, — примирительно произнес Павел Васильевич.
— И пусть ты такой храбрый, что ничего не боишься. Но объясни мне, бога ради, неужели нельзя никаким другим способом убедиться, что тот, кого мы пасем, и есть убийца Филатовой? Неужели так необходимо ждать, пока он придет убивать Настю? Тьфу, — с досадой добавил он, — даже произносить страшно.
Гордеев вздохнул, сел за стол, потер рукой лысину и лоб.
— Не знаю, Паша. Я ничего не могу придумать. То есть на самом деле способов много, но я боюсь его спугнуть. Я на сто процентов уверен, что оружие он при себе не носит и документы его в идеальном порядке.
Так что имитация облавы ничего не даст. Задерживать его незаконно я не хочу. Ты мои принципы знаешь, и отступать от них я не буду даже ради этого «заказника». А уж если это и вовсе не убийца, а кто-то, кто делает по его поручению черновую работу, мы просто-напросто сорвем всю комбинацию. У нас есть улики, по которым можно судить, этот ли человек был в квартире Филатовой.
