Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Заку невольно пришло на ум сравнение с Эриком и его приверженностью к полезной, но совершенно невкусной еде. И как Ласард искренне удивлялся всякий раз, попробовав новый продукт или блюдо.

— Хотя глядя на тебя сегодня, невольно вспоминаются ходунки и пуховые носки, — заметил Курт, когда Зак скривился, слишком резко потянувшись за тарелкой с креветками. — Может, таблетку обезболивающего?

— Тащи, — подумав, кивнул Зак. — Правда, оно не болит, а просто... Не знаю. Как будто он мне всю простату разможжил.

— Может, к врачу? — нахмурился Курт.

— У меня есть, неболтливый и толковый.

— Да рано пока, — отмахнулся Зак. — Пока просто перетерпеть надо. А вот через пару дней если не пройдет — тогда отвезешь меня к своему неболтливому.

— Ты хоть мажь ее тогда своим чудо-кремом, — Курт поднялся на ноги. — И постарайся пока не злить своего страшного коменданта Ласарда, а то будешь хвастаться не мне, а милейшей Мэнди Купер.

— Да мажу я, мажу, — Зак поморщился. — Насколько достаю.

— Вчера я бы с радостью тебе помог, но теперь твоя задница ""другому отдана и будет век ему верна"" — продекламировал Курт на ломаном русском возвышенным, преувеличенно-драматическим тоном.

— Ха! Как бы не так! — Зак досадливо поджал губы. — Я его спросил вчера, хочет ли он отношений. И знаешь, что он ответил?"

"— Судя по тому, что ты все еще без обручального кольца и не под домашним арестом, он промолчал? — Курт был не просто хорошим агентом, у него была отлично развитая интуиция и превосходное чувство человека. Провести его, обмануть или создать о себе ложное впечатление было просто невозможно.

Наверное, поэтому он и не смог стать актером — просто не в состоянии был поверить в чужую игру. Но это не мешало ему играть самому во время переговоров и заключать совершенно немыслимые, но неизменно выигрышные сделки. — Испугался, что ты пойдешь на попятную, да еще и высмеишь его, простофилю-каскадера, раскатавшего губу на мировую звезду.

— Как-то так, — кивнул Зак, нахмурясь. Последние слова, хоть и были наверняка совершенно точны, но радости не вызывали.

— Но не навязываться же, право слово. Я итак, считай, предложил.

— Не торопи события, — посоветовал Курт. — Тем более, у тебя скоро начинаются съемки... — он задумчиво посмотрел на бассейн. — И вообще, что за настрой? Кто ты, старый охающий брюзга, и куда дел моего вселеого друга Зака Камерона? Я, конечно, на три раза не натянусь, но два-то точно заставлю тебя кончить фонтаном!

— Напоследок? — усмехнулся Зак, покосившись на него.