Подозреваю, что среди защитников города началось брожение, и непримиримые враги македонцев, не поставив в известность «примиренцев», предприняли действие, после которого никаких переговоров уже не могло быть.
На помощь саперам сразу заспешили девять синтагм фалангистов, которые стояли напротив этих ворот. Конница, и наш отряд в том числе, не была готова к бою. Пока привели коней, пасшихся неподалеку, пока я оседлал своего, а остальные мои бойцы «опопонили» своих, из Электринских ворот вышел второй отряд и ударил во фланг фалангистам.
Тем на помощь пришли еще девять синтагм, стоявших напротив наших ворот — и завязалось знатное рубилово. Поскольку фалангисты сражались отдельными синтагмами, у них были оголены фланги, и действовавшие небольшими группами фиванцы начали теснить македонцев. Если не подоспеет наша конница, вылазка может стать очень удачной для фиванцев.
Ко мне прискакал посыльный от Эригия с приказом ударить в тыл вышедшим из Электринских ворот горожанам. Мы были ближе всех к врагу и быстрее остальных приготовились к бою, поэтому и выдвинулись первыми.
Я собирался зайти в тыл со стороны ворот, приблизившись к ним метров на триста, чтобы не попасть под обстрел лучников, которые вместе с зеваками толпились на верхних площадках обеих башен. Сосредоточив основное внимание на вражеских стрелках, я не сразу обратил внимание на оплошность фиванцев. У меня поразительная способность замечать то, что «неправильно», но иногда не сразу понимаю, почему оно привлекло мое внимание. Так и сейчас, глядя на Электринские ворота, я чувствовал, что что-то неправильно.
По мере приближения к ним это чувство становилось все ярче, пока резко, после беззвучного щелчка в мозге, не наступил момент истины: внешние и внутренние ворота были открыты и, более того, их никто не охранял. Еще можно было бы найти какие-то разумные аргументы по поводу того, что не подняли мост через сухой ров, но бросить ворота открытыми и без охраны — это было глупостью на грани предательства. Видимо, сторонники войны были уверены, что быстро перебьют македонских саперов и вернутся в город, поэтому не стали привлекать дополнительные силы, посвящать в свои планы многих, чтобы мероприятие не сорвалось.
Большинство крепостей захватывают из-за предательства или непростительных ошибок защитников
— За мной! — крикнул я, обернувшись к бессам, и поскакал к Электринским воротам.
Думаю, что мои воины сперва решили, что я рехнулся, и уж точно подумали так те, кто стоял на привратных башнях.
