Царь Всего посылал разведчиков в разные стороны. Наверное, кто-то из уксиев знал обходные тропы, но теперь они из принципа не помогут македонцам, так жестоко обманувшим их. К тому же, на горцев наложили ежегодную тяжелую дань в размере сто лошадей, пятьсот ослов и тридцать тысяч баранов. Поэтому уксии не соглашались, несмотря на то, что Александр Македонский пообещал тому, кто проведет его войско, фантастическую по местным меркам сумму — талант золотых персидских монет, то есть три тысячи дариков."
"Мысль получить немного золотишка не давала мне покоя.
Эти деньги не помешают, когда уволюсь из армии. По-хорошему меня сейчас не отпустят, а по-плохому не хотелось. Слишком долог и опасен обратный путь, чтобы еще и от македонских гарнизонов прятаться. Среди наемников ходили слухи, что после захвата персидской столицы все, кто пожелает, будут отпущены домой. Так что, кроме золота, подстегивала мысль, что чем скорее доберемся до Персеполя, тем раньше стану свободным человеком. Поэтому с небольшим отрядом я дважды наведался к Персидским Воротам, понаблюдал за персами, которые держали там оборону.
На северном склоне, судя по доспехам и оружия, явно засели персы, а вот на южном, скорее всего, уксии. Горцы считаются отличными лучниками. У них составные луки среднего размера. Не такие мощные, как мой, но метров со ста — а больше при нападении из засады и не надо — пробивают любой современный доспех. Какой бы большой и сильной ни была твоя армия, получить стрелу из засады мог любой знатный воин, что и заставляло персов платить дань уксиям.
Они не додумались до метода, примененного Александром Македонским, а позже повторенного генералом Ермоловым. У горцев очень сильны родственные связи, и никакой воин не будет подставлять свою родню. Рискнуть и погибнуть самому — это его право, за что ему честь и память, а послужить причиной гибели своего рода — это совсем другое. На этой особенности менталитета горцев и решил я сыграть.
С десятью молодыми крепкими бессами я еще засветло прибыл к началу перевала Персидские Ворота.
Якобы для обычной проверки. Повертелись там немного на виду у врага, полюбовались сооруженной ими стеной, точнее, высоким валом из больших камней, а потом поехали к своим. Как только дорога повернула и нас не стало видно, спешились и расположились на отдых. Горная складка прикрывала нас от холодного, пронизывающего. зимнего ветрюгана, который несся, подвывая, по ущелью. Хорошо, что хоть без снега, как предыдущие два дня.
