После обеда герцог велел нам вместе с учителями остаться в малой столовой и пригласил туда же нянюшек, управляющего и главного конюха. Когда все собрались, он произнес:"
"— Я собрал вас всех, чтобы обсудить известие, которое привез сегодня гонец. В замке работают не раз проверенные люди. Поэтому все, что будет сказано и решено сейчас, вы должны донести до своих подчиненных. Все, до последнего поваренка, должны понимать ситуацию, в которую мы попали, и правильно реагировать, чтобы не вызывать подозрений. А случилось вот что.
Несколько десятин назад король узнал, что его внучка жива. И узнал он это от твоей мачехи, Данелия. Мы с графом Ринвелом однажды были неосторожны в разговоре, и как-то раз она узнала об Айвенлин, но, видимо, сразу не придала значения тому, что услышала. Недавно, в очередной раз ругаясь с твоим отцом, она начала требовать, чтобы твое приданое и наследство, оставленное тебе после смерти матери, было оформлено на ее сына. В пылу, выясняя отношения, граф проговорился, что ты находишься не в монастыре, а в свите моей дочери.
Это известие взбесило графиню, как и последующее его заявление, что даже если ты уйдешь в монастырь, то наследство все равно не достанется ее сыну. По завещанию твоей матери оно просто перейдет монастырю. Это не вразумило твою мачеху, и она кинулась с прошением к королю. Ее отец один из советников короля, а потому она быстро получила возможность изложить свои просьбы его величеству при личной встрече. В разговоре король объяснил ей, что величина приданого зависит от воли графа, а наследство останется с тобой, пока ты жива, или отойдет родственникам по линии матери в случае твоей смерти.
В конце беседы король переспросил, в чьей же свите находится ее падчерица? После заявления, что ты в замке герцога де Мелвела, он вызвал к себе графа Ринвела.
Герцог помолчал.
— Твой отец попал в очень непростую ситуацию, когда его спросили, почему он утаил от короля существование внучки. Он сумел отговориться, когда, изобразив недоумение, вымолвил: «Но ведь вы, ваше величество, знали о ее рождении».
Дориану было неудобно признаваться, что он все десять лет не интересовался ребенком, и твоего отца отпустили. Через два дня он отправил в наш замок трех придворных в сопровождении двадцати гвардейцев. У них есть приказ привезти Айвенлин во дворец. Гонец от графа опередил их на три дня.
После слов герцога в столовой наступила тишина. Помолчав, он продолжил:
— Мы все вместе должны перехитрить королевских посланцев.
