"
"Недолго думая, я купил за двенадцать с половиной тысяч долларов, явно переплатив, двухэтажный кирпичный дом на улице Принцессы, которая метрах в ста от него втыкается в набережную рядом с небольшим парком, название которого я бы перевел, как Приречный. Дом был не нов, но крепок, требовал всего лишь косметический ремонт. Состоял из двух частей одной высоты, большей и меньшей, соединенных более низким двухэтажным тамбуром, в котором был парадный вход с крыльцом из желтоватых мраморных ступеней, защищенном жестяным навесом.
Обе части здания имели по четыре трубы, расположенные по бокам. В большей части на первом этаже находились гостиная, столовая, библиотека, кабинет и большой туалет, а на втором — шесть спален, две темные комнаты-кладовые, еще один туалет и ванная комната. В меньшей части на первом этаже располагалась кухня, кладовые и маленький туалет и ванная, а на втором — пять маленьких комнат для слуг. Каретная и конюшня были в другом строении, возведенном слева от главного.
Под каретной находился лёдник — дедушка холодильника — подвал с уложенными у трех стен в отсеки из кирпича кусками льда, обсыпанными древесными опилками, чтобы медленнее таяли. На Руси я видел такие в начале тринадцатого века, а в Западную Европу и потом в Америку лёдники добрались только в девятнадцатом веке. Наверное, вместе с русской армией, захватившей Париж. Встречались, конечно, и раньше в очень богатых домах, но считались баловством. К дому вела выложенная каменными плитами аллея в полторы ширины кареты, а перед входом была площадь, в центре которой разбили круглую клумбу, сейчас задичавшую.
Карета огибала клумбу справа, останавливалась возле крыльца и потом ехала дальше, к каретной или на выезд, огибая клумбу слева. От улицы двор отделяла высокая чугунная ограда из прутьев-копий на каменном фундаменте, а по бокам и сзади кирпичными стенами высотой метра три. Судя по ограждению, строили дом не в самые спокойные времена. Позади дома был небольшой сад с вместительной беседкой, укутанной виноградной лозой.
Я договорился с небольшой строительной фирмой «Буш и сын» о ремонте и внутреннем оформлении здания и заказал мебель. Что меня поразило, большую часть работников фирмы составляли свободные негры. Я был уверен, что все негры на Юге — рабы, а реальность оказалось сложнее.
29
В Нью-Йорк я вернулся обратным рейсом парохода «Ютика». Через две недели прибыл клипер «Сюрприз» и встал под выгрузку.
