Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Знаете, решение куда-то исчезнуть пришло ко мне совершенно спонтанно, как-то импульсивно, одномоментно. Мне вдруг захотелось хоть какого-то покоя. В научной среде — критиканство и злопыхательство со стороны пусть и не всех, но довольно многих коллег. Дома — лед. В душе горечь, полный раздрай, разочарование во всем, в себе, в людях, в самой жизни…

— Я вас понимаю, — Гуров покачал головой. — Такова, к сожалению, судьба многих одаренных людей. Надеюсь, самое худшее у вас теперь позади.

— А что впереди? — с какой-то обреченностью и горькой усмешкой риторически спросил Береженников.

— Что впереди? — Лев Иванович оглянулся в сторону профессора и продолжил: — Долгая-долгая жизнь. Или свои разработки для себя самого вы использовать не планируете? Никогда не поздно начать с какой-то нулевой отметки. Пусть ею станет ваш звонок той женщине, которая вам до сих пор бесконечно дорога. Вы почему-то боитесь поговорить с ней.

— Лев Иванович, но в данный момент у меня нет ее номера, — сказал Береженников и смущенно закашлялся.

— Приедем, я сделаю запрос в соответствующие справочные службы.

— Нет! Это слишком долго, — заявил Крячко. — У нас есть свои соответствующие службы. Может, Жаворонкова напряжем? — вполголоса спросил он у Гурова.

— Конечно! — ответил тот и энергично кивнул.

— Николай Романович, вам известны место и год рождения, отчество и девичья фамилия Тани? — Стас вопросительно взглянул на профессора."

"— Да, — внезапно осипшим голосом ответил Береженников. — Татьяна Васильевна Багрянова, год рождения пятьдесят пятый, место рождения — Москва.

Проживает в Новосибирске, точного адреса не знаю.

— Ничего! Все будет в самом лучшем виде. — Станислав безмятежно улыбнулся, набрал на своем сотовом номер информационного отдела и проговорил: — Валера, нужно установить номер мобильника одной жительницы Новосибирска. Вот ее данные…

Когда через несколько минут запиликал сотовый Крячко, Гуров окликнул Береженникова:

— Николай Романович, возьмите мой аппарат.

Вам со своего звонить пока нельзя. Его могут запеленговать.

Дрожащими от волнения руками профессор взял его мобильник.

— Да, хорошо! Спасибо, Валера! — поблагодарил Стас майора Жаворонкова и обернулся к Береженникову. — Набирайте! Диктую: восемь…

Набрав номер, профессор непослушным пальцем коснулся кнопки вызова на сенсорном экране. Раздались гудки, потянулись томительные мгновения ожидания.

Наконец он услышал женский голос:

— Да, я слушаю.