Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

У подъезда мне пришлось немного подождать. Когда этот парень вышел, он предложил прогуляться в парк и там, на лавочке, поговорить. Он осторожно начал расспрашивать:

— Откуда вы меня знаете?

— От общих знакомых, — я назвал имена.

— А зачем приехали? — настороженно спросил он.

— Поговорить о вере.

Не найдя во мне ничего подозрительного, он успокоился и представился:

— Петр. Можно на «ты».

Затем Петр доверительно сообщил, что ему приходится постоянно осторожничать, так как КГБ особо следит за верующими, и посоветовал мне быть внимательней.

Он пригласил меня домой и познакомил со своей женой, которая почему-то косо на меня посмотрела. Она работала корреспондентом в той же газете и к вере не имела никакого отношения, рассматривая убеждения своего мужа как безполезное чудачество.

Петр был человеком, глубоко утвержденным в вере. В комнате у него был иконный уголок, рядом на стене висели четки. На книжных полках стояли в переплете перепечатки книг святителя Игнатия Брянчанинова «Отечник» и «Приношение современному монашеству», а также безценная и редкая в то время книга «Откровенные рассказы странника своему духовному отцу».

Петр тут же зажег лампадку, свечи и предложил помолиться по четкам. Мой знакомый молился глубоко и сосредоточенно, стоя на коленях. То же сделал и я. Петр поставил мне в молитвенной комнате раскладушку и там до глубокой ночи я благодарил Бога за то, что Он свел меня с таким необыкновенным человеком.

Утром мой друг пошел провожать меня на автовокзал. По пути он показал мне маленькую местную церковь, сказав, что в ней служит очень хороший батюшка.

Узнав, что я изредка захожу в Душанбинский храм помолиться, уклоняясь от всех знакомств, Петр укорил меня за маловерие и заверил, что он знает там несколько хороших священников, пообещав непременно с ними познакомить. На этом мы расстались и, похоже, крепко подружились. В нем было нечто внушающее глубокое уважение: ясный ум аналитика и тонко чувствующее сердце. С собой я вез в зеленом переплете «Приношение современному монашеству», которое на многие годы стало моей главной книгой.

Через некоторое время журналист приехал в Душанбе и остановился у нас в доме. Родителям он пришелся по душе. Петр с отличием окончил Ташкентский университет, имел диплом переводчика и знал несколько языков. К тому же он был очень воспитан и порядочен. Одно в нем настораживало больше всего мою маму — он был женат, а я — нет. Маме казалось, что мы в дружбе не подходим друг другу.