Поединок. Выпуск 18 читать онлайн

Теперь вопрос – где? Ну-ка, Литвин.

Литвин подошел к фотографии, долго рассматривал ее, потом ответил: – В английском магазине, Сергей Ильич. – Как определил?

– Видите, пиджак в елочку, это английский твид, но главное – тесьмы по борту нет и карманы накладные, пуговицы роговые, видимо, материей не обтянуты, да и сидит пиджак как влитой. А это значит, что в английском магазине на Невском специальные мастера пиджаки те подгоняют…

– Это не довод, можно любому мастеру отдать, он подгонит, – хитро прищурился Иноков, – главное?"

"– А главное, мы видим носок туфли.

– Сам был недавно на Невском в английском магазине.

– Никак, ты, Орест, там одеваешься? – засмеялся Иноков. – На наше жалованье только там и одеваться.

– Вот к чему я и веду. Магазин дорогой. Народу немного. Постоянные клиенты – господа из Английского клуба да промышленники, за модой гонящиеся.

– То-то. Хватай дагеротип и гони в магазин. Ты уж извини, Александр Петрович, что в твои дела лезу.

– Да я вам, Сергей Ильич, только благодарен должен быть. – Что ты скажешь, мысли-то есть какие? – Я бы все эти убийства рассматривал вместе. – Поясни.

– Убиты три крупнейших скупщика краденого: Гаврилов-Кровосос, Шостак-Старьевщик и Фост-Паук. Убиты из револьвера.

– А зачем они нужны? – усмехнулся Иноков, – неужто веришь во всякие открытия по научной части? – Верю, Сергей Ильич.

– Ну смотри, тебе жить, Александр Петрович. Что твоя наука показала?

– Господин Алфимов в кабинете научно-судебной экспертизы вчера под микроскопом пули те изучил, и теперь можно сказать точно, что царапины от нарезов совпадают.

– Может быть, может быть. Теперь время такое. Микроскопы, рентген, а у нас-то раньше одна лупа была да кулак.

– Ну, кулак в нашем деле вечен. Как бы далеко не ушел прогресс, а агент да кулак – два самых надежных помощника сыщика, – засмеялся Бахтин. – А если серьезно, – продолжал он, – то мне просто интересно, кому понадобилось глушить скупщиков? Месть? Не похоже. Корысть? Так на двух убийствах вообще ничего не взяли.

– Может, ревность, – неудачно влез в разговор Кунцевич.