Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Сильвер изображал безуспешные попытки дозвониться до кого-то по мобильному телефону.

– Алло! – кричал он на весь зал. – Наташа? Я не слышу тебя!..

В том, что самолет уже мчался по полосе и даже начал отрываться от земли, в скором времени убедился весь аэропорт.

Взрыв был настолько мощным, что стекла вылетели в строениях, расположенных в полукилометровом радиусе. У многих заложило уши. Над взлетной полосой расцветал огромный огненный цветок; обломками машины побило технику и здания; погиб ремонтник, которому оторвало голову куском фюзеляжа.

Часть пассажиров попросту испарилась, останки других разметало по всему аэродрому.

Магеллан вдруг отошел от стойки и без сил опустился в пластиковое кресло.

Это не было инсценировкой.

Глава тридцать первая

ТАКТИЧЕСКИЙ СОЮЗ

Нешера продержали в участке до утра.

То есть очень недолго.

Факт беспрецедентный: в центре Парижа задержан вооруженный до зубов иностранец, принимавший активное участие в массовом побоище с угрозой для жизни мирных парижан. По всем статьям его следовало переправить в контрразведку, и комиссар Дювалье, которого выдернули из постели по случаю ЧП, так и намеревался сделать.

Но израильтянин убедил его дать разрешение на телефонный звонок.

– Независимо от того, в чем меня обвиняют, я имею на это право по закону, – настойчиво твердил Нешер.

– Я вижу, как вы уважаете наши законы, – буркнул комиссар.

Он пребывал в сомнении."

"Что-то подсказывало ему, что этот звонок может пойти ему на пользу. Дело явно политическое, и если пленник подключит к происходящему сильных мира сего, то гроза пронесется над головой комиссара.

Он пригнется и переждет, он слишком мелок, чтобы ввязываться в такие опасные истории.

– Звоните, – разрешил комиссар.

– Благодарю, – Нешер церемонно поклонился. Он уже полностью пришел в себя и очень тревожился за свой отряд.

Дювалье оказался прав в своих предположениях. Через пять минут после короткого разговора Нешера с невидимым собеседником (комиссар не понял ни слова) раздался ответный звонок.

Звонили с уровня столь высокого, что Дювалье встал.

Он отвечал односложно и при каждом слове кивал; в итоге на лице его написалось плохо скрываемое удовлетворение. Положив трубку, комиссар одернул на себе пиджак и строго приказал жандарму, дежурившему при дверях:

– Снимите с этого господина наручники.

Без тени эмоций жандарм шагнул вперед, щелкнул замок. Дювалье уже протягивал пачку:

– Сигарету?

– Благодарю, – Нешер покачал головой. – Я не курю.