Даже учитывая, что убитые чеченцы находятся в федеральном розыске и числятся членами незаконных вооруженных формирований, они все же в момент гибели находились не на территории проведения контртеррористической операции и вообще непонятно чем занимались в Судиславле. Нет никаких оснований причислять убитых бандитов к террористам. Если что‑то подобное появится, возможно, дело передадут нам, а пока это сугубо гражданское, по сути своей, дело, и неясно даже, к какой статье его можно отнести. Конечно, бандиты были вооружены, представляли опасность для мирных жителей, и, возможно, им придется предъявлять обвинение в убийстве земляка Альтемира Атабиева.
Хотя эта обычная для следственных органов формулировка в предъявлении обвинения мертвецам звучит смешно. Тем не менее, пока есть возможность только возбудить уголовное дело по факту убийства двух и более лиц, но предъявить обвинение некому. Несомненно, предлагаемая мной версия выглядит красиво, но эта версия с точки зрения любого судебного органа не может быть состоятельной.
И не только судебного органа. Даже мое непосредственное руководство, если бы я высказал это предположение вслух, не поддержало бы меня. Но я озвучил версию перед судиславскими следователями, и пусть уже они вникают в нее, пусть ищут преступников. Надеюсь, что я прав, и еще очень надеюсь, что они их найдут, и, тем самым, помогут мне добраться до беглецов. Объединять судиславское дело с моим, вероятно, и смысла нет, и нет оснований, но я-то хорошо знаю, что, если человек замешан в одном деле и даже осужден по нему, суд уже другими глазами смотрит на второе дело.
И в случае поимки преступников обвинительное решение суда по моему подследственному делу будет получить легче, если в Судиславле смогут доказать вину обвиняемых.
С такими мыслями я возвращался в Москву из старинного русского городка. На мое счастье, подполковник Раменский опять спал в машине и не мешал мне думать.
В Москву мы попали уже поздно вечером, но движение в городе было не менее интенсивным, чем днем.
По дороге к общежитию, куда подполковник Раменский вызвался меня довезти, мы трижды застревали в пробках и передвигались так, что расстояния можно было измерять школьной линейкой. Тем не менее, приехали. Попрощавшись с Валерием Андроновичем, я поднялся в свою комнату и, прежде чем принять душ после пыльной дороги, включил компьютер. Но сесть за него собирался только после душа.
Я наслаждался тугими струями воды, когда позвонила жена.
