Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Грэм резко оборачивается, но я уже сделала постное выражение лица.

— Что такое? — спрашиваю?

— Показалось, вроде что-то капнуло, — говорит растеряно, заходя в лифт, а мы — за ним.

— Не знаю. На меня ничего не капало. Возможно, птичка какая пролетала? — говорю невозмутимо, вызвав своей фразой выражение крайней брезгливости на лице Грэма, спешно принявшегося осматривать свой костюм на предмет подозрительных пятен. Ничего, мой дорогой. Скоро пятна будут. Но не на одежде.

— Алена?? — громче обычного зовет меня Грэм, отошедший в ванную, чтобы помыть руки перед ужином.

— Да? — отзываюсь, даже не сдвинувшись с места, вполне предполагая, отчего мальчик может кричать.

Его Величество выскакивает из ванной с круглыми глазами и тычет пальцем в свои красивые, еще пока мелкие розовые пята на лице.

— Что это?!

Встаю, ставлю Дашуню на пол, подхожу к мальчику и вроде как внимательно всматриваюсь в его лицо. Хмурюсь, снова смотрю. Делаю очень важный вид, как профессор на симпозиуме. Потом говорю:

— Знаешь, у меня есть одно предположение, но я не уверена…

— Что это? — пискляво спрашивает Грэм.

— Очень похоже на одну детскую болезнь. Паротит.

— Я никогда не слышал о такой болезни. Ты что-то путаешь.

— Возможно, у вас ее нет. Это наша, с Земли. Ею болеют только дети. В шутку мы называем ее еще по-другому.

— Как? — спрашивает Грэм.

— Свинка, — отвечаю деланно равнодушно.

— П-почему? — дрожащим голосом интересуется мальчик.

— Потому что раньше, до того, как детей стали прививать, эта болезнь имела ряд несколько необычных симптомов, — специально не говорю всего, жду вопросов.

— Каких симптомов? — тут же спрашивает мой воспитанник.

— Сначала на коже появлялись розовые пятна, вот как у тебя сейчас. Потом они расползались. И уже к вечеру вся кожа ребенка становилась розовая. Потом распухала шея, а нос… — замолкаю.

— Что нос? — испуганно спрашивает Грэм.

— Нос становился толще и очень похожим на пятачок.

— ЧТО?!

— Я же говорю, свинка, — пожимаю плечами.

— Потому что дети становятся розовыми, потом их нос превращается в пятачок, а руки-ноги в копытца. Ну и напоследок — вырастает очень миленький, маленький хвостик колечком.

— Что за… глупости? — спрашивает Грэм, выпучив глаза.

— Как хорошо, что у вас нет такой болезни, правда?

— Да, хорошо, — мальчик облегченно выдыхает.

— Хотя… Даша у меня болела паротитом за десять дней перед тем, как мы приехали к вам.

— И что? Она была… свиньей?

— Нет.