Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Скорее бы уж добраться до поезда, единственная поездка в котором осталась в памяти как волнующее приключение. Засмотреться на пролетающие за окном виды и наконец развеяться.

Но на другой день вместе со Стюартом в город приехал Чад. Его желание проводить отца было вполне понятным, только в душе снова все всколыхнулось, и к Мэриан вернулась ужасающая неуклюжесть, от которой она избавилась, как полагала, вместе с очками. Для начала она уронила дорожный баул, сама же об него споткнулась и чуть не растянулась на дороге во весь рост.

Потом налетела на грузчика, поднимавшего на крышу дилижанса самый тяжелый сундук. От неожиданности он выпустил ручку, сундук упал и раскрылся. Половина содержимого вывалилась в пыль.

К ужасу Мэриан, это бы ее сундук — тот самый, в котором ехали подальше от «Желтой колючки» два так и не уничтоженных портрета. Хорошо хоть, они были скатаны в рулон. Тем не менее рулон выкатился на середину улицы, и в погоне за ним Мэриан сшибла с ног прохожего.

— Не стоило тебе избавляться от очков, — пошутил Чад, хватая ее за плечи и оттаскивая в сторону.

Это был подходящий момент излить всю свою досаду, но Мэриан лишилась языка, так как Чад поднял с земли злополучный рулон. Он сразу понял, что это и есть упомянутые накануне портреты, и ту же начал теребить тесемки, словно решил принародно развернуть холсты.

Мэриан без слов выхватила рулон и сунула поглубже в сундук. Грузчик подошел извиниться, и пришлось с минуту уверять его, что ничего страшного не случилось. Покончив с этим, она обнаружила, что Чад собирает разбросанные вещи и укладывает в сундук.

Мэриан оттолкнула его. Он сделал еще одну попытку помочь ей. Она испепелила его взглядом. Тогда он развел руками и удалился, самым нахальным образом посмеиваясь.

Только-только Мэриан начала приходить в себя, как он вернулся с саквояжем, который поставил возле вещей, еще ожидавших погрузки на крышу дилижанса. Страшная догадка озарила ее.

— Как, ты тоже едешь?!

— Почему бы и нет? Рыжая во мне больше не нуждается, я вернулся к прежней жизни.

— А в прежней жизни ты ездил с отцом в Чикаго?

— Само собой.

— О!

Как ни старалась Мэриан скрыть свои чувства, в этом восклицании была нотка паники. Чад ничего не заметил, потому и не задал ни единого вопроса. Он просто ушел — помогать с разгрузкой фургона. Очевидно, она жестоко ошиблась в первый момент, когда подумала, что он, быть может, решил присоединиться к ним из-за нее.

Оказывается, даже ей не чуждо тщеславие.