Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Только плакала и смотрела, я…

- Я оставил ребенка в грязной подворотне наедине с трупом? - еще более хрипло произнес он.

И дядя Тадор закрыл лицо ладонью, как делал всегда, когда переживал. Сильно переживал. Но я уже знала, что будет дальше - сейчас он начнет действовать, если он и отчаивался, то всегда ненадолго.

Так и случилось.

Резко убрав руку, дядя взглянул на меня внимательным взглядом темных глаз и начал задавать вопросы:

- Сколько тебе, моя девочка?

- Семнадцать, - прошептала с трудом выговорив.

- Семнадцать… - эхом отозвался дядя Тадор, и с нескрываемой болью выдохнул: - Семнадцать!

Я промолчала, все так же неотрывно глядя на него, и не до конца веря собственным глазам. В происходящее фактически было безумно сложно поверить.

- Ты в столице седьмого королевства, - оглядевшись вокруг, произнес дядя Тадор. - В доме Гаэр-аша?! Что ты делаешь в доме Гаэр-аша? Уходи оттуда! Сейчас же, немедленно, котенок!

Он глухо простонал, растер лицо ладонями, вновь посмотрел на меня и приказал:

- Одевайся.

Не забудь шапку и теплый плащ, я вижу снег, значит у тебя зима. Затем пройди по коридору второго этажа вправо до упора. До самого упора. Подойдешь к стене, нарисуешь руну Тхагар и напитаешь кровью. Не магией, солнышко. Нужна кровь. Спустишься вниз по проходу до винтовой лестницы. От нее снова вправо, вправо, а не вниз и открываешь проход символом Ашуэро. Напитываешь его дыханием. Выдохни все что есть, чем больше, тем лучше. В любом случае, ты выйдешь на старом кладбище в восточном секторе столицы.

Оттуда пройдешь до северных ворот, откроешь символом первой руны, чтобы не привлечь стражу, выйдешь на улицу Первоцветов, спустишься вниз, под откос, до домика сапожника Агуда. Ему и только ему назовешь свое имя, и скажешь, что тебя послал я. Агуд хранит шкатулку, ее откроет только твоя рука. Кольцо наденешь на правую руку, на безымянный палец. Оно закроет то, что сияет сейчас на твоей ладошке… - последнюю фразу, дядя Тадор произнес со странным чувством горя.

И я поняла его причины, едва он добавил: - Моя маленькая девочка, я тебя не уберег…

И тут же знакомое и приказное:

- Действуй.

Не размышляла ни секунды."

"Вновь надела ботинки, быстро зашнуровала, подхватила плащ из шкафа, шапку брать не стала, она была на вешалке внизу на первом этаже, и спускаться за ней был недосуг, но чувствовала себя из-за этого немного виноватой. Еще схватила нож для бумаги со стола.