Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Как тут было им не поверить? Но сейчас выяснилось, что всё было не так, как ему пытались показать.

— Ты можешь идти, — кивнул он Демидову. — Докладывай о всех новых обстоятельствах.

— Так точно, Ваше Величество, — глава тайной канцелярии поклонился и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Императора же ждала очередная бессонная ночь. Теперь он увидел то, что происходило пять лет назад, совсем под другим углом. И начал вспоминать эпизоды, на которые раньше не обращал внимания. Похоже, скоро придётся снова вершить судьбы.

* * *"

"Василий Денисович Распутин принял все меры безопасности, на который был способен. На это его толкнуло неудачное покушение на артефактора. Теперь его дом был закрыт магическим куполом, а телохранители круглосуточно обходили дозором имение и даже пробовали еду перед подачей господину.

— Отец, ты хотел со мной поговорить? — в дверях появился его средний сын Тимур. Это был мужчина лет тридцати с черными коротко стриженными волосами.

— Заходи. Дело есть, — махнул рукой лекарь и указал на стул.

— Присаживайся.

— Это по поводу того, что творится вокруг дома? Не знал, что у тебя настолько серьёзные враги, — усмехнулся он.

— Зря смеёшься. На этот раз враг, действительно, очень серьёзный. Но я пригласил тебя совсем по другому поводу, — Распутин вытащил из ящика и положил на стол артефакт., тот самый, который создал Платон Грачёв.

— И что это? Какая-то новая разработка? — Тимур взял в руки предмет и принялся его внимательно рассматривать.

— Да, но это не лекарский артефакт, — понизив голос, пояснил Василий Денисович.

— С помощью него были убиты Юсупов и Юдашкин.

Мужчина тут же аккуратно положил его на стол и даже вытер ладони о штанины.

— Я хочу попросить тебя кое-что сделать, — издалека начал Распутин. — Только на тебя могу положиться.

— О чём речь? — с опаской взглянув на артефакт, спросил он.

— Ты должен поехать в Торжок и убить Филатовых. Это несложно. Я объясню, как пользоваться артефактом.

— Зачем? — удивился Тимур.

— Это последняя возможность спасти наш род от разорения, — наклонившись в сторону сына, проговорил Распутин.

— Если аптекари вновь поднимутся, мы, лекари, снова окажемся на втором плане. Ты же сам помнишь, как нам приходилось ужиматься в тратах, закрывать лечебницы, увольнять людей, продавать свои вещи, чтобы просто нормально жить.

— Помню. Но почему я это должен сделать?

— Я больше никому не доверяю. Любой может предать. А вот в тебе уверен на все сто процентов.