По обе стороны от двери стояло по бронзовой курильнице, из чаш которых поднимался синеватый дымок со странным ароматом, не природным, по крайней мере, я с таким раньше не сталкивался, но приятным. Рядом с каждой курильницей сидели на коленях по три слуги. Головы наклонены, глаза в пол. В нашу сторону разве что краями глаз смотрят. Напротив двери у противоположной стены был помост высотой метра полтора, без разбега не запрыгнешь. Ступеньки на него вели с боков. Возле тех, что справа стояли три евнуха, судя по их пухлым безволосым лицам, а возле левых — три охранника с буфанами пантера, вооруженные, как ни странно, бамбуковыми палками.
Хотя в умелых руках бамбуковая палка — очень грозное оружие. В центре помоста находилось что-то из красного дерева, украшенного резьбой и позолотой, что я бы назвал низким креслом, если бы не знал, что сидит на нем император Канси. Подданные утверждают, что ему сорок один год, но выглядит моложе лет на пять. Лицо узкое и бледное, с редкими черными усами и бородой, которые кажутся приклеенными.
Ушастый. С такими лопухами ни за что бы не победил на президентских выборах. Глаза узкие, карие. Взгляд спокойный и, я бы сказал, скучающий. Волосы спрятаны под шапкой с черным околышком и красным верхом, в центре которого что-то типа золотого шпиля. Одет в золотой халат, на одном плече которого изображено солнце, а на другом — луна. Все остальное покрыто драконами, как бы завязавшимися в узел. На шее висят бусы, длинные, до подола, из красных бусин, разделенных через равные промежутки синими большего размера.
Руки спрятаны в рукава с черными манжетами. На ногах что-то черное и с загнутыми немного вверх носаками, напоминающее пулены.
Один из стоявших справа евнухов, в котором я с трудом узнал Вэнь Да, потому что падающий через разрисованную бумагу свет, наложил на выбеленное лицо синие и красные линии, показал рукой место, которое мы должны занять. Я там встал, а Лан Тань бухнулся на колени и толкнул меня рукой, чтобы последовал его примеру.
Кстати, по пути он ничего не сказал мне про то, как надо себя вести с императором. Наверное, ему и в голову не приходило, что есть кто-то, кто этого не знает. Я не то, чтобы решил выпендриться, а, скорее, по привычке всего лишь кивнул, приложив правую ладонь к сердцу и изобразив желание наклониться, но так и не решившись. Не гнется у меня спина, потому что вырос в СССР.
