Корсар читать онлайн

Настолько меньше, что о них, конечно, слышали, но нападений на путников в краях, через которые мы проезжали, давненько не было, хотя путешествуют сейчас в основном малыми группами. Говорят, что в Провансе до сих пор сильно шалят на дорогах. А чего еще можно ожидать от дикарей, которые только недавно стали частью цивилизованной Франции?!

2

В Нанте еще не знали о разгроме французского флота. Я был первым, кто рассказал эту неприятную новость. Мне показалось, что слушатели отнеслись к ней без особого интереса.

Скажем так, они бы больше удивились победе. Да, им нравятся победы французского флота, но на первом месте интерес к сухопутной армии. Французы непрошибаемо уверены, что судьба любой страны решается только в сухопутном сражении. Даже судьба Англии, поэтому норовят высадить там десант, а не устроить морскую блокаду, которая, по моему мнению, была бы более эффективной.

Мою жену Мари-Луизу тоже больше огорчила моя дуэль с племянником адмирала, чем потеря фрегата, не говоря уже о поражении всего флота.

Впрочем, не только огорчила, но и порадовала. Не у каждой есть муж, победивший на дуэли.

— Если он умрет, тебя могут наказать? — первым делом спросила она.

— Да, могут сделать короче на голову, — поделился я предположением.

— Они не посмеют, ты же виконт! — не поверила жена.

— Я знавал графов и даже герцогов, с которыми проделывали это, — сказал я.

— Но не за дуэль же! — не согласилась Малу.

— У меня нет желания проверять, казнят меня за дуэль или нет.

Я завтра уеду заграницу, скорее всего, в Испанию и там подожду известий, выжил ли этот сопляк, а если нет, то что мне за это будет? — сообщил я.

— Я поеду с тобой, — сразу решила Мари-Луиза.

Вот только ее мне заграницей и не хватало!

— Если ты уедешь со мной, все наше имущество разграбят под каким-нибудь надуманным предлогом. К тому же, надо кому-то заняться получением компенсации за гибель фрегата. Речь идет о трех миллионах ливров.

Чужому человеку такое не поручишь, а твой отец будет здесь только к зиме, — сказал я.

Три миллиона ливров отбили у Мари-Луизы желание путешествовать. Ради такой суммы она была готова отказаться от дорожных лишений и жизни в чужой стране, а не в своем благоустроенном доме.

— Я буду каждый день писать тебе письма, — придумала она сама себе епитимью за отказ сопровождать мужа в горе и радости.

— Да, так будет лучше, — согласился я.