Не хотелось банкиру расставаться с такой большой суммой, вот и придумал отговорку. У русских довольно странное представление о честности западноевропейцев. Даже когда я рассказывал, как меня немецкий судовладелец кинул на штуку баксов, не верили, что это был настоящий немец. Не просто настоящий, а стопроцентный, потому что, если будет знать на сто процентов, что останется безнаказанным, обязательно украдет и совершит любое другое преступление. У этого судно было зарегистрировано в Гибралтаре, чтобы меньше платить налогов, он знал, что со мной больше не встретится и что судиться из-за такой мелочи я не буду: себе дороже, одна поездка на место регистрации судна для подачи заявления обойдется дороже.
Как я потом узнал, был не первым и не последним, у кого честный немецкий предприниматель отщипнул по мелочи. У меня была мысль положить деньги в какой-нибудь надежный банк и забрать их в следующей эпохе. Сэр Хор помог мне избавиться от остатков подобных иллюзий. Лучше уж сделать тайник.
Хотя я делал заначку от жены у себя в квартире, а уже через месяц не мог найти. Думал, жена обнаружила. Нет, через полгода случайно наткнулся, когда собирался еще раз заначить. Поэтому все свое ношу с собой в спасательном жилете."
"Анастасия Ивановна быстро обжилась в новом доме. Это был ее первый собственный дом, поэтому недели две просто ходила по нему и дотрагивалась до стен, мебели, безделушек на полках, словно убеждалась, что это не сон. После маленьких полутемных комнатушек родительского дома, этот, наверное, казался ей дворцом.
Поскольку Александр Меньшиков убыл вместе с царем, я остался главным в городе и уезде, а моя жена — первой леди. К нам сразу же пошли на поклон местная знать и богачи. Я заметил, что большинству людей абсолютно наплевать, кто ими правит. Важно — как. Если не слишком много состригает и дает жить не хуже, чем раньше, или даже лучше, то о предыдущем правители забудут моментально. Петр Первый приказал ничего не менять. Единственное — на следующий год, в начале апреля, запретил торговать табаком кому попало, а только, как и на остальной своей территории, через казну и выборных людей, целовальников.
Нарвские продавцы табака поднесли мне по мешочку серебряных монет, согласно объему своих продаж, и чудесным образом стали целовальниками. Подарки получил и приставленный царем к губернатору Нарвы дьяк Ефим Новодворцев, который, собственно говоря, и занимался делами города и уезда.
