На вас эти истории сыпались, как подарки из мешка. В какой-то момент вы поняли, что их можно использовать как сюжеты. Они цепляли. Каждый мог легко поставить себя на место кого-то из персонажей. Непритязательное чтиво? Пусть. Бульварное? Плевать. Вы не собирались создавать серьезный роман – во всяком случае, пока. Вам требовалось набрать популярность. И здесь все сложилось. Ваш продуманный образ, истории Горбенко, миф о том, как вы пожертвовали всем ради мечты – подняться на вершину Эвереста… Журналисты обожают такие сказки, их всегда можно эффектно подать.
Издательство купило для вас участие в двух-трех передачах, и вы отлично себя проявили. У вас подходящие для ящика черты. Вы красиво и гладко говорите. Таким участникам всегда рады в десятках бессмысленных шоу, и вы принялись скакать с канала на канал, работая лицом и с серьезным видом изрекая благоглупости. Телевидение любит свежую кровь, вы им понравились. Все это не имело никакого отношения к книгам, но тиражи полезли вверх. Произведения человека, которого знают зрители, всегда будут покупать охотнее, чем никому не известную учительницу русского и литературы.
– Никто не приобретал бы мои книги, если бы я была бездарностью, – процедила Яровая.
– Вы учительница русского и литературы, – засмеялся Макар. – У вас бойкий гладкий слог. Таланта нет и в помине. Я читал вашу книгу про Эверест. Она для вас разоблачительна, и вы очень рисковали, когда решились ее издать. «Белоснежная вершина вздымалась передо мной, над ней распростерлись незыблемо голубые небеса.
Разноцветные палатки – словно бусины, рассыпанные у основания», – процитировал он по памяти. – Господи, вы серьезно? Незыблемо голубые? Вздымалась и распростерлась? У вас не нашлось ни одного свежего, незатасканного образа для описания Эвереста? А ваш высокопарный сладоточивый бред о чистых душах, которые одни только и способны подняться на вершину горы? Представляю, как хохотали альпинисты, которым попалась в руки ваша книжка. Вы не способны выдать ничего, кроме шаблонных фраз и патетических ходульных изречений.
Такие, как вы, обычно трудятся литературными неграми, и это вершина их карьеры. Вероятно, у вас был хороший редактор, который чистил тексты от напыщенной глупости и разбавлял метафорами поярче. Но главное – подруга! Маленький бесперебойный моторчик вашей громоздкой конструкции. Вы были до такой степени самодовольны, так упивались своими достижениями, что ухитрились оскорбить ее.
