Руденко «в связи с вновь открывшимися обстоятельствами опротестовать приговор Военной коллегии Верховного Суда СССР по делу Кузнецова, Попкова, Вознесенского и других на предмет его отмены и прекращения этого дела» и поручил КГБ СССР и Прокуратуре СССР «вменить в вину Абакумову и его сообщникам совершённое ими преступление — фальсификацию дела и учинённую ими расправу в отношении Кузнецова, Попкова, Вознесенского и других».
По мнению ряда историков (Р.А. Медведев, К.А. Столяров, Л.М.Млечин[272]), данное Постановление прямо било по Г.
М.Маленкову, поскольку он был непосредственно причастен к фабрикации «Ленинградского дела». Нам уже приходилось писать[273], что главные фигуранты этого дела, прежде всего А.А. Кузнецов и Н.А.Вознесенский, вовсе не были «невинными овечками», как их представляют все упёртые антисталинисты и «русские патриоты». Более того, об истинных «заслугах» и настоящих «подвигах» ленинградских вождей совсем недавно довольно подробно и обстоятельно поведали два кандидата исторических наук — Е.
А.Клюев, защитивший очень толковую диссертацию «Чёрный рынок в послевоенном Ленинграде: 1945–1953 гг.», и А.В.Сушков, опубликовавший в журнале «Свободная мысль» просто шикарную статью «Ленинградское дело»: привилегированная жизнь «ленинградских вождей» в первые послевоенные годы»[274]. А посему ходячий термин «фабрикация» по отношению к «Ленинградскому делу», давно и некритически перетёкший из «хрущёвских разоблачений» в работы многих историков и публицистов, совершенно несостоятелен.
Более того, сам Н.С.Хрущёв 7 мая 1954 года, выступая на собрании актива Ленинградской парторганизации с разъяснением «Постановления ЦК КПСС по «Ленинградскому делу»», с неохотой был вынужден публично признать, что «тов. Кузнецов и другие допускали разные излишества, в том числе «выпивки», «расходование средств государственных не по назначению», «бахвальство» и «зазнайство», а «очень многие члены Политбюро не уважали Вознесенского за то, что он был хвастлив, груб, к подчинённым людям относился по-хамски»[275].
"
"Понятно, что эти Постановления, сначала Президиума, а затем и самого ЦК, резко ускорили следствие по делу В.С. Абакумова, которое было заведено ещё при жизни И.В. Сталина, в первой половине июля 1951 года, когда Политбюро ЦК приняло закрытое письмо ЦК ВКП(б) «О неблагополучном положении в Министерстве государственной безопасности СССР»[276].
