Камея из Ватикана читать онлайн

Я хорошо знаю окрестные леса.

– Бросьте шутить!

– Я не шучу.

– Тогда я позвоню мужу, и он вас скрутит.

– Посмотрим, кто кого скрутит.

Тонечка взяла со стола остывший чайник и ушла в дом. Она была в некоторой растерянности.

– Мы ведь так и решили, что вы ненормальный, – проговорила Саша. – Из-за этих ваших выходок!..

– Я не решал, – возразил Родион. – Мне Тоня сказала, чтоб я вам рисунки показал. Мне нравилось рисовать старую княгиню. Ну, то есть вашу тетю.

– Я понял, – кивнул Федор Петрович. – А ты никого не видел у нее… в гостях? Например, в последнее время?

Мальчишка даже думать не стал.

– Неа, – сказал он уверенно. – Не было никого.

– И «Скорая» не приезжала?

– Это легко узнать, – вмешалась Саша. – На местный станции скорой помощи спросить, и все дела.

Федор Петрович кивнул.

– Тетя не любила лечиться, – сказал он. – Никогда. Врача вызывала только в случае крайней необходимости, чтоб не разболеться всерьез и не быть никому… в тягость.

– Никому, значит, вам?

Он опять кивнул.

Саша поколебалась немного, но все же спросила:

– За что ваша мать не любила Лидию Ивановну?.

Федор покосился на нее.

– Насколько я понял, вы видели мою мать?

– О да.

– На ваш взгляд, она способна кого-нибудь любить?

– Значит, я неправильно спросила, – быстро сказала Саша. – Почему она считает себя обделенной?

Федор хотел что-то сказать, но на террасе показалась Тонечка с горячим чайником в руках.

– Кому еще налить чаю?

– Мне, – тут же откликнулся Родион. – Я же тебе говорил, давай самовар поставим!

– Вечером поставим.

– Да уже и так вечер. Ну, почти.

– Да, – сказала Тонечка, усаживаясь и запахивая «позорного волка», – почему ваша мама считает, что ее обделили? Саш, как она говорила? Из Джона Б. Пристли?

– Ей не достанется ни крошки от семейного пирога, по-моему.

– Да нет никакого семейного пирога! – возмутился Федор Петрович. – Дядя и тетя всю жизнь работали. Дядя в МИДе, а тетя в Пушкинском музее. Потом уехали за границу и там тоже работали.

– Но она же могла этот пирог придумать, – задумчиво сказала Тонечка.

Федор Петрович уставился на нее.

– Какие… пятнадцать тысяч?! Зачем?!

Саша с Тонечкой переглянулись.

– Мы не знаем, – призналась Саша.

– Я содержу Наталью Сергеевну вполне сносно, – продолжал Федор и вдруг сдернул очки. – Я никогда не запаздываю с платежами!

– Видимо, ваша тетя считала, что тоже должна ей помогать.