Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я княгиня, наследница этих земель. Я приказываю тебе спасаться!

Смех стих.

– Приказывай, доченька, – тихо шепнула моя старушка, – да, только что мне твои приказы. Я с малых лет по этому дому бегала. Моя мама твою бабушку растила.

Ты, Амэлла, всё, что есть у меня. Зачем мне спасаться, милая моя. Я хочу умереть в том же доме, что и родилась. И рядом с той, что внучкой считаю. Я понимаю, что княгиня ты, Амэлла, но моей любви к тебе это не отменяет."

"Стиснув зубы, я смолчала. Мне не нужна была эта жертвенность.

Но с другой стороны, ия Лунсия уже, мягко говоря, немолода. Что ждёт её там, за границами нашего княжества? Никто её на работу не возьмёт: возраст уже не тот, а тут, может, и пощадят старуху-то. Если тихо где отсидится.

Взявшись за внешние ободы для вращения колёс, я развернула коляску в сторону семейного склепа.

– Пойдём, погуляем, няня, – негромко позвала я, смирившись с её самоуправством.

Да и страшно мне было умирать, когда рядом не одного родного человека. А её, старуху, может и не тронут.

Доживет здесь свой век, да и ляжет рядом со мной в могилку.

Если будет она у меня, могилка эта.

Старая женщина тяжело поднялась и, пристроившись рядом с коляской, взялась за её ручки сзади.

– Ноги у меня уже не те, – тихо выдохнула женщина, – уж подержусь за тебя.

Улыбнувшись, я неспешно поехала вперёд.

Глава 4

У нас был чудесный сад. Большой и просторный. Не загромождённый излишними клумбами и кустарниками. Здесь чудесным образом уживались рядом хвойные деревья и низенькие кусты северной айвы.

Мы собирали глубокой осенью её плоды и добавляли в травяной чай холодной зимой.

Этот кислый вкус напоминал о лете, солнце и тепле.

Рядом ютилась смородина. Её аромат разносился по саду. Как я любила эту ягоду.

Огромные чёрные шары или красные прозрачные бусины, висящие на веточке и переливающиеся на солнце. Потянувшись, я не удержалась и сорвала лист с куста.

Чуть помяв его, поднесла к лицу и вдохнула яркий ни с чем не сравнимый аромат.

Так пахло счастье.

– Твои вкусы никогда не меняются, – беззаботно проворчала няня, – на тумбе у кровати еловые веточки вместо цветов. В шкафу среди вещей лепестки не роз, а простой смородины.

Я рассмеялась. Да, были у меня такие пристрастия. Мало кто об этом знал, но я не любила цветы. Вернее, предпочитала видеть их живыми на клумбах, чем умерщвлёнными в вазах.

К тому же с этой ягодой у меня было связано столько воспоминаний.

– Крисс очень любила красную смородину, а я чёрную.