Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Все эти случаи упрощения ведут потом длинным путем к глобальным переменам.

Забыла, за это, собственно все последующее и получила.

Глава 3

Ты помнишь, как все начиналось?

'Ты помнишь, как все начиналось.

Все было впервые и вновь.

Как строили лодки,

и лодки звались Вера, Надежда, Любовь…'

А. Макаревич «За тех, кто в море…»

Очень давно, на заре нашей бурной юности, более двадцати трех лет назад, когда мы Ромой познакомились и начали встречаться, мы очень хотели быть взрослыми и самостоятельными.

— Свадьба — только после получения диплома, только за свой счет, никаких обременений родни своими трудностями и проблемами, — мой жених был категоричен.

А я, перед самым обручением совершившая невероятно сложный для себя выбор, согласно кивала и полностью его поддерживала.

Что сказать: молодые были, глупые. Отчасти так все позже и реализовалось, но были нюансы.

Ромка учился на инженера, я — на экономиста, университеты наши были рядом, веселая студенческая тусовка пересекалась в метро, близлежащем парке с пивком, в кафешках и у лотков с мороженым.

Так, однажды и столкнулись три будущих инженера и четыре перспективных специалиста планово-экономических отделов любого предприятия.

Как-то задружили, загуляли, много пили, плясали на дискотеках, шарахались по прекрасному городу, ездили на электричках по пригородным дворцовым ансамблям, смотрели на развод мостов, лазерные шоу и салюты.

Через полтора года этих мотаний, оказалось, что сложилось две пары и один треугольник. В итоге все же как-то разобрались, и Анфиса с Марком поженились сразу после того, как мы зимой защитили с девчонками дипломы.

А история отношений гениального Петра и двух Анастасий такая классически-неприятная и обычная, что до сих пор у меня хранится в набросках для студенческого романа. Только вот внутри меня от нее до сих пор так корежит, что руки все не доходят, не доходят… и, видимо, не дойдут.

Так вот, к чему я это? С возрастом, когда начали появляться дети, мы с Ромкой концепцию родительского неучастия в нашей жизни пересмотрели в сторону послабления.

То есть дали доступ бабушками и дедушкам, коих у нас наблюдался полный комплект с обеих сторон, в нашу детскую.

— Ох, ну надо же, образумились, — с порога заявила мать моя Алена Ивановна, прихватывая из манежа годовалую Леру и увозя ее на первую ночевку у бабушки.

Вернули ребенка через сутки и прилично обсыпанного. Привез его дед и был лаконичен:

— Да мать твоя начиталась тут новейших исследований и решила ввести прикорм.