Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Единственная причина, и точка. Они — мне чужие, я им — тоже, по сути!

— Ты — моя жена. Какого перца ты себя чужой называешь! Они тебя любят, как дочь, которой у них никогда не было.

— Но я им не родная дочь и никогда родной не стану! Кровь — не водица! И звонят они мне не из великой любви ко мне, а чтобы узнать, как у тебя дела, как здоровье… Есть ли у тебя минутка их навестить? Но ты занят. В последнее время ты всегда и для всех занят. Занят для меня, занят для своих родителей, занят для всех… Но свободен для флиртующих девиц… — усмехаюсь.

— И разговоров о любовницах.

Матвей и бровью не повел.

— Не понимаю, о чем ты.

— Семен, твой друг. Вот о чем я тебе говорю. Слышала, как он советовал тебе завести содержанку! И что ты на это скажешь? — спрашиваю с негодованием.

— Господи…

Матвей, откинув голову назад, хохочет громко и заразительно.

— И ты его пьяные бредни слушала? Семен постоянно, как только капля в рот попадет, хвастается тем, чего у него никогда не было! Да его, немного выпившего, если послушать, так окажется, что он к каждой второй под юбку залез и раком поставил! Я уже давно не ведусь на его бредни.

Сёма всегда таким был, с универа!

Матвей снова посмеивается и ловко уводит разговор в другую сторону:

— А я тебе рассказывал, как Семен хвалился, что завалил молодую преподшу? Не рассказывал? Случай был забавный… На шестом году обучения у нас появилась преподша, на три-четыре года старше, чем мы, но выглядела значительно моложе. Сидим мы как-то в забегаловке, Семену капля выпивки в рот попала, он начал в самых похабных красках расписывать, как он эту преподшу встретил и ночь с ней провел, завалил хорошенько.

И так, и сяк рассказывает, очень натурально! Мы рты пораскрывали, а потом хрясь… ему об голову стул кто-то сломал. Здоровенный мужик! Муж этой преподши… Схватил Семена за шиворот, выволок и отметелил до больничной койки. Конечно, Семен признался, что прихвастнул… Думаешь, его это чему-то научило? Да ничего подобного! Только выздоровел, выпил и снова начал байки рассказывать.

С одной лишь разницей, теперь он всегда рассказывал, как и сколько раз переспал, но не с девушками из числа знакомых. Так что… — усмехается. — Семен — это Семен!

Признаю, что Матвей — прекрасный рассказчик и собеседник, который может увлечь своими речами. У него хорошая мимика, приятный тембр голоса и активная жестикуляция. Он хорошо изобразил Семена своим голосом, показав, как тот хвастается.