Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Напряжение росло, ночная мгла — словно огромная бомба — грозила взорваться в любой момент.

Охваченный тревогой, Инди задавал себе все тот же вопрос.

Что? Что я должен вспомнить?

Крышка почти поддалась.

Взмокший в своих тяжелых одеждах, покрытый испариной, Беллок не выпускал из рук жезла, продолжая распевать заклинания, которые к этому моменту совсем потонули в грозном гуле Ковчега. Время настало, момент истины был близок — момент божественного откровения.

Приложив последнее, решающее усилие, он наконец откинул крышку, и тут же яркий сноп света, вырвавшийся из Ковчега, ослепил его. Но Беллок не отпрянул, не бросился бежать, он даже не шелохнулся. Свет подействовал на него так же завораживающе, как раньше действовал гул. Все тело Беллока окаменело, и он застыл, словно изваяние. Откинутая крышка была последним, что он увидел.

Потому что в этот самый момент в небо из Ковчега взметнулся столб пламени, снопы искр пронзили ночную тьму; поднимаясь все выше, огненные языки уже грозили опалить небеса.

Вокруг острова светящимся кольцом вспыхнуло сияние, море замерцало, заискрились водяные брызги, поднятые в воздух таинственной силой — силой света!

Ибо это был свет рождения вселенной; свет, только что созданный Богом — свет первого дня творенья!"

"Он словно молния пронзил Беллока, проникнув в самое его сердце с холодной безжалостностью алмаза.

Как страшное неизвестное оружие, он пронесся по его телу, зажигая невиданной по мощности энергией каждую клетку организма. В этом электрическом шквале, Беллок стал сначала белым, потом оранжевым, голубым.

Он улыбался. То, о чем он мечтал, — сбылось. На какое-то время он сам сделался частью этой силы, слился с ней. Затем, внезапно, все закончилось, энергия поглотила человека: глаза потухли, оставив пустые черные глазницы; кожа, чернея и съеживаясь, словно опаленная огнем, начала кусками сползать с него.

Однако он продолжал улыбаться. Улыбка не сходила с его лица даже тогда, когда само лицо стало терять человеческие очертания. Еще немного, и, сраженный гневом Господним, он превратился в горсть праха.

Когда пламя вырвалось наружу из Ковчега и устремилось к небу, Инди непроизвольно закрыл глаза, ослепленный этой силой.