Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Он будет записывать особенно пикантные моменты с Машей, а потом подарит на память ее мужу, когда тот только выйдет из ворот тюрьмы. Пусть наслаждается и понимает, кто, как и в какой позе купил его свободу.

А Маша… с ней он готов даже рассчитаться, за то, что будет пользоваться ее телом. Купит ей отдельную квартиру, машину, получше того недоразумения, что у нее имеется, и возможно иногда будет заглядывать на огонек.

Влад опять усмехнулся.

Что с ним сделала эта женщина? Почему она заставила всколыхнуться его собственному миру? Вывести его из равновесия и превратить в психопата?

Опять?…

Как тогда в детстве, та маленькая рыжая девчушка с косичками?

Но ведь ее больше нет… Эта Маша всего лишь похожа на нее, может быть поэтому?

Влад мысленно открестился от подобной мысли.

Чушь! Тогда в детстве это было другое. Это была настоящая любовь, хоть и приправленная горькой завистью к счастливому детству другого ребенка и злостью на свою слабость по отношению к ней. А эта рыжая ведьма всего лишь, похожа на ту маленькую рыжую девчонку.

Только если бы она все же выросла, если бы она не лежала в той стылой могиле, а повзрослела.

Влад даже резко затормозил посреди коридора от подобных мыслей.

Получается, что сейчас он всего лишь получит копию…. И будет наслаждаться ей.

Чистейшая сублимация…. Или же продление собственной агонии, в которой он вариться с тех пор, как увидел ее могилу?

– Хватит! – резко сказал он в пустоту и мысленно добавил: – «Хватит думать об этом! Я пойду и возьму то, что хочу, и пусть только попробует рыжая ведьма хоть слово против вякнуть!»

И Влад, выбросив все мысли из головы, решительно подошел к дверям, за которыми были гостевые комнаты.

Выйти из оцепенения, от беспросветности ситуации, в которой оказалась Маша, заставила медсестра Лина. Молодая брюнетка, быстро выключила режим парной, помогла Маше выбраться из джакузи, придерживая ее за руку, и со знанием дела даже начала вытирать ее полотенцем. А затем сразу же обернула Машу, словно она маленькая девочка в теплый махровый халат, а на ноги подала теплые носки и такие же теплые тапочки.

Маша смутилась от такой заботы. Она все же не инвалид и не контуженная, разве что сумасшедшая, но уж ухаживать то она за собой умеет.

«По крайней мере, пока, умею», – мысленно поправила себя Маша.

– Вы не переживайте, – увещевала девушка, когда Маша, попыталась отнять у нее щетку для волос, – после такого приступа, что был у вас не мудрено, что вы ослабли. Это нормально.