Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я выдохнул — наконец-то!

— А может, снова попробовать тот кремовый?.. — задумалась Катя.

Я заартачился:

— Нет!

— Охохо… — вздохнула Катя и махнула рукой. — Ладно, тогда мой черед!

И они с Альфредо и Любавкой упорхнули в другую часть зала.

Я же, чуть расслабив галстук, поплелся искать Свету. И интересно, где она…

— Миша, — раздался голос позади и я обернулся.

— Вау! — охнула Лора, когда из-за колонны вышла Света. — Девочка моя…

Девочка? Какая она девочка, Света же женщина… И во всех местах огого какая.

— Тесно тут, — сказала она, поправляя платье. — И тут… Ох, ну и что за наказание? И почему мне нельзя было пойти в обычной одежде? Миша, что с тобой⁈

— Да, Миша, что с тобой? — обернулась Лора и ухмыльнулась. — Что, девку при параде впервые видишь?

— Ну, в каком-то смысле, да, — кивнул я.

Света очень любила одеваться в свои глухие костюмы, а вот в платье я ее видел крайне редко. Особенно в таком — оно подчеркивало каждый изгиб ее талии, туго обтягивало бедра и открывало ножку аж до самого бедра.

А уж грудь…

— Отлично выглядишь, — улыбнулся я. — Думаю, затмишь всех на этом балу.

— Ой, да надо оно мне! — махнула она рукой. — Быстрее бы лечь спать. Еще не хватало полночи плясать!

Однако пульс у нее поднялся, а щечки чуть порозовели.

— Так, это что за разговорчики? — раздался голос сзади, и мы обернулись. — Бунт на корабле?

Катя шагала к нам, и тоже выглядела бесподобно.

— А я? А я? — и передо мной появилась Лора. В приталенном черном платье с блестками. И ОЧЕНЬ большим вырезом. Еще бы чуть-чуть и, клянусь, увидел бы ее нижнее белье. Если оно было, конечно…

— А ты одна такая, моя дорогая, — улыбнулся я. — Блеск твоих очей… А улыбка… А нос…

— А что мой нос⁈

Это я как-то не придумал, но меня спасла Катя — на часах уже была полночь, и нас потащили к машинам.

Дорога заняла всего десять минут.

А там все по классике — вереница машин и куча журналюг вдоль ковровой дорожки, ведущей к особняку. Внутри куча народа, а еще звучала музыка и… совсем не бальная.

— Так и знал, что Катя под словом «бал» будет иметь в виду нечто свое… — выдохнул я, вылезая наружу.

— Стоять! — дернула меня Катя и сунула мне черную полумаску. — Держи, милок!

— Что это?..

— Как что? Маска! Бал-маскарад!

Вот этого мне только не хватало.