Ген Рафаила читать онлайн

– Кошку, собаку, кролика? – уточняет Хуан.

– Мужика, любовника… – говорит генерал. – Чую, как рога у меня прорезаются…

– Это не рога, – поправляет испанец, – это тебе Батутовна чуть череп не проломила.

– В тюрьме она никогда не сидела, твоя Батутовна. – Анатоль выскребает тающую начинку из живота утки и отправляет ее в рот.

– А нечего было на святое покушаться, ишь, на птице решил зло сорвать, – причитает теща. – Кости вон Хосе собери. Ну, не приехала твоя женушка, забыла тебя, старого хрена.

– А я сам к ней поеду! – вдруг вскакивает Анатоль.

– В смысле, – застывает с куском во рту Батутовна, – а я с кем останусь? Вдруг убьет меня кто?

– Хуан с вами побудет, мамаша!

– Ну нееет, – тянет зоолог, – я не справлюсь. На мне российская наука, открытия, свершения. У меня Рафик запоносил. Это твой крест, генерал. Неси его с достоинством!

– Вот нахал! – беззлобно огрызается Анатоль. – Все вы здесь пьеступники и пьедатели…

* * *Впрочем, гость в этом доме все-таки появился. Буквально через пару недель после весеннего призыва на порог ввалился Андрюша, тусклый, как лампочка в общественном туалете.

Медкомиссия в который раз развернула его в гражданскую сторону, сославшись на дурацкую болячку – у Андрюши на ступне была экзема. Обычная красная дрянь величиной с грецкий орех. Правда, когда парень волновался, сдавал зачеты или дрался с кем-то, эта экзема, подобно Йети из озера, восставала и добиралась сначала до колена, а потом и до паха. Атопический дерматит. Диагноз будто клеймо: «Родина не простит». А Андрюша мечтал быть ее защитником. Как дед. Красиво подорвать занятый врагами город. Красиво лежать простреленным среди маков. Красиво растопить снег своим безупречным лицом.

Кстати, о лице. Когда Хуан впервые увидел Андрюшу, у испанца началась паника.

– Это твой сын? – пытал он Анатоля.

– Мой, а что?

– Пойдемте, – зоолог потянул обоих Красавцевых в свой домишко и полез под кровать. Он вытащил кованый сундук, купленный у местных жителей, и начал рыться в каких-то документах, пожелтевших листках, старомодных альбомах.

– Вот! – завопил Хуан, выуживая старую фотографию. – Что скажете, а?

С оттягом, как последний козырь в выигранном преферансе, он положил карточку на стол и включил ослепительную лабораторную лампу. Анатоль с Андрюшей уперлись взглядом в человека на убитом глянце.

– Кто это? – недоуменно спросил Анатоль.

– Мой отец! – гордо произнес испанец.

– Почему ты решил познакомить нас именно сейчас? – не понимал генерал.