Наблюдатель вполне мог бы сделать вид, что за покупками идет, не вызвав ни у кого подозрений. Здесь он решил остаться. Несколько раз от мостика до магазина прошел.
Потом все же не выдержал и к дому Ильясова направился, проверить. Улица пустынная, даже прохожих нет. На обратном пути, на перекрестке Николая увидел, тот на мотоцикле проехал неспешно. Андрей и Николай головы друг к другу не повернули, вроде как не знакомы."
"Андрей свернул на нужную улицу. И сразу неожиданность. Впереди, метрах в ста, женщина идет, коляску перед собой толкает.
Андрей приметы, что свидетели давали, запомнил твердо. И ни одна из них не сходилась. Ошибка? Или женщина переоделась? Он замедлил ход. Женщина шла уверенно, видимо, была здесь раньше. Если бы не была, смотрела на номера домов, разыскивая нужный. Но за мостиком свернула вправо, уселась на лавку передохнуть. А потом достала из кармана пальто пачку папирос, закурила. Во время войны многие женщины переняли мужские привычки – курить научились, водку пить, даже материться.
Жизнь тяжелая была, без отпусков и праздничных дней. Кроме того, женщины замещали ушедших на фронт мужчин, стояли у токарных станков, были сварщицами и трактористками, валили лес, собирали на заводах оружие. Андрей их не осуждал. Руководствовался библейским – не суди, да не судим будешь. А тетка по-другому высказывалась: «Кто без греха, пусть первым бросит в меня камень». Но война закончилась, женщины уступили места мужчинам, мода на табак постепенно сходила на нет. Да и кто из кормящих матерей курить будет, вредить малышу? Фактик, к делу отношения не имеющий, но неприятно задевающий.
К дому Шнейдермана подъехал грузовик. Хозяин дома вышел с важным видом, как будто ему лимузин подали. А как же? Начальник, не пешком ходит, как простой смертный. Грузовик развернулся и уехал, оставив после себя стойкий запах бензина.
Эх, надо было через паспортный стол узнать, сколько человек проживает в доме. Остался ли еще кто-нибудь? Через несколько минут из дома вышла женщина.
Одета хорошо – габардиновое пальто, шляпка. Когда она скрылась за углом, мамаша наклонилась, подобрала с земли камень, перебросила через забор, на участок Шнейдермана. Раздался лай собаки, громыхание цепи. Судя по мощному голосу, собака должна быть большой, не мопс какой-нибудь. Простая и эффективная проверка. Андрей прижался к забору, встал за дерево. Листвы нет, укрытие неважное, но другого нет. Откуда женщина достала кусок мяса, Андрей не заметил.
