Одному, особо борзому мистеру пришлось выстрелить так, что пуля прошла в миллиметрах от самого дорогого (стоял, понтовался, раскорячив ноги, типа самый крутой ковбой, в седле родился), и на штанах появилось некрасивое и ""ароматное"" пятно. Вылетел он из лавки на второй космической, больше я его там не видела. Но никому не рассказала об этом происшествии. Дела в лавке наладились, и Анна начала меня подбивать разобраться со складами, но я не хотела там работать, не потяну и лавку, и склады. У Анны дел хватало по дому, да и меня иной раз подменяла.
Но мы с ней придумали вариант. Взяли у Фреда тетради учёта и движения товаров по складам. Здесь было больше порядка, большинство оптовиков платило, но были и злостные неплательщики. И мы вот что решили: чтобы не провоцировать Фреда на новые долги, то изымаем у него тетради, я сама буду контролировать движение товаров. Из подмётки драного башмака я вырезала некую пародию на печать ""Оплачено"". Теперь покупатель приходил на склад, Фред собирал ему товар, писал на клочке бумаги сумму и отправлял ко мне.
Благо, что склады были в двух метрах от лавки. Я принимала и пересчитывала деньги, давала сдачу, если было надо, шлепала на этот клочок бумаги печать и покупатель шел на склад, показывал бумажку Фреду и забирал свой товар. Да, хлопот немного прибавилось, но долгов стало меньше и появился некий просвет в денежной яме. Анна была довольна, что закончилось безденежье, да и сам Фред, хотя и делал кислое лицо, тоже был рад, что не надо отказывать старым приятелям в покупке в кредит, всегда можно свалить на нехорошую меня.
Когда, пытаясь выцыганить у него в долг, ему говорили:
- Ну и дочка у тебя, деньги любит и прижимистая!
То Фред разводил руками и говорил:
- А что поделать? Все равно все ей достанется. Ей и ее детям.
К этому времени мое положение было уже не скрыть, а Фред и Анна уже сами, по-моему, поверили, что я их дочь.
Во время одной из недавних поездок в Роуздейл Анна купила по рулону мягкой фланели и тонкого батиста и теперь по вечерам с увлечением шила пеленки и распашонки.
А я с тоской вспоминала современные памперсы. Ау, где вы, Проктер энд Гэмбл? А Фред в свободное время мастерил кроватки-качалки. Я хотела купить, но он не дал, проворчав, что у него и самого ещё руки не отвалились. Здесь были приняты колыбельки, подвешиваемые к потолку, но мне они показались опасными, и я нарисовала нашу земную кроватку, качающуюся на боковых стойках. Так что мы готовились к рождению малышей.
