Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Почему не знаю, знаю! Психи вы… Но ничего, я постараюсь вас вылечить.

– Как?

– А свинцовыми пилюлями!"

"– Слышь, я, может, и псих, но словами не кидаюсь. Хочешь стрелять, так стреляй. А нет, так проваливай! И чтобы духу твоего здесь не было!

– Ну все, молись!

Носорог внутренне напрягся и даже шевельнул пальцем на спусковом крючке. Страшно ему стрелять, но ведь он должен сдержать слово. А помешать ему Спартак, увы, не может. Одно неосторожное движение с его стороны, и тогда браток точно нажмет на спуск.

А так, может, и пронесет. Хотя вряд ли…

– Атас, менты! – крикнул кто-то из толпы.

Спартак не мог смотреть в сторону, откуда появились менты. Движение головой могло спровоцировать выстрел. Да и взглядом нужно давить на Носорога, чтобы тот не наделал глупостей.

– Вы что, ментов натравили? – визгливо спросил московский авторитет.

Его братки засуетились, стали пятиться к своим машинам, оттесняя знаменских и княжевских пацанов, что дышали им в спину. Похоже, они не прочь воспользоваться если не достойным, то просто любым поводом избежать драки.

– Ну, вы же с арой меня закрыли.

– Это не по понятиям, понял?

– А мы не блатные. Мы здесь работаем. И дальше работать будем…

– Ну, тогда тебе повезло! Ментам спасибо скажи…

Резким движением Носорог вернул пистолет на место и с героическим видом возглавил отступление.

Спартак молча наблюдал за ним. Не угрожал, не оскорблял. Лишнее это. Носорог и сам понимал, что проиграл не только очередной раунд, но и весь бой.

Наверняка он будет грузить своих пацанов тем, что не хотел и не хочет связываться с ментами. Не полезет он сюда больше, и оправдание у него есть.

Спартак молчал. И Носорог тоже не угрожал ему, понимал, что глупо махать кулаками после драки. Да и нечем ему угрожать. Ведь он собрал против знаменских все, что мог. И если сейчас у него ничего не вышло, то в будущем можно нарваться на очень серьезные неприятности.

Ментов было много, человек двадцать. И патрульно-постовая служба здесь, и отделение ОМОНа – одни в фуражках, другие в беретах, но все с автоматами.

Впереди офицеры, у этих только пистолеты. Надвигались они со стороны рынка. Шли широким шагом, явно торопились не спеша, но варшавская братва все-таки успела разъехаться. Зато знаменские и княжевские остались – гордость не позволяла убегать. Та самая гордость, которая вела пацанов на стволы пистолетов.

Но от холодного оружия пришлось избавиться, оно со звоном полетело за спины.