Жениться и обезвредить читать онлайн

По окончании доклада он задумчиво ковырнул ногтем ближайшую ватрушку, выгреб творог, сунул в рот и удовлетворённо кивнул — вкусно… Бабка незаметно показала Назиму большой палец.

— Знатное печево у вас в отделении, — думая о чём-то своём, отсутствующе проговорил наш царь. — Как ни зайду, всегда разносолами да сладостями всякими балуете. Одного не пойму: что ж, суши японские так трудно слепить, что ли? Комочек риса да ломтик рыбки сырой сверху — всех делов-то, а государя уважите…

Моя домохозяйка так же незаметно показала домовому кулак.

"— Так о чём это я… и к чему? А-а, вспомнил! К тому, что все сказки ваши мне в боярской думе пересказывать нельзя — засмеют… Дескать, возчика убили, купцы на невесту сыскного воеводы указали, а вся милиция трогательную отмазку нашла — мол, всему виной Лихо Одноглазое! Которого и видеть-то нельзя, и потрогать не получается, арестовать невозможно и победить нечем, потому как оно — само невезение! А как тут бороться, коли не везёт?! Никак! Ручками развели да по углам и разбежалися, вот и вся моя милиция храбрая.

— Э-э, минуточку… — нерешительно вмешался я, но царь грохнул ладонью по столу:

— А ну цыц, участковый! Ты надо мной тешился, что я в одёжки чужеземные ряжуся, обычаи неродные изучаю, стихи не те пишу, садик из камней строю… Дык на то моя самодурская воля, в свободное время от дел государственных никому не во вред. А теперь на себя оборотись! Почему возчик помер? Кто за душу христианскую загубленную ответ держать будет? Кто Лихо твоё обозначенное в мой город запустил? Как его отсюда выгнать? Над кем суд чинить? Раз уж на тебе погоны защитника правды и порядку, так защищай давай! Кто тебе мешает?!

— Ну-у, по большому счёту… никто…

— Эх, Никита Иванович… — Государь встал, пристально посмотрел мне в глаза и направился к двери.

Я опустил голову.

Уже на выходе, шагнув в сени, он быстро обернулся к царице:

— Домой-то собираешься али как?

— Я есть на службе, — дрогнувшим голосом гордо ответила храбрая австриячка. — Но я буду рада уфидеться в церкви и там молиться за русский народ.

— Ага, — неопределённо хмыкнул государь.