Жениться и обезвредить читать онлайн

Фома подмигнул мне и печально вздохнул, словно сожалея о той недостойной сцене, свидетелем которой ему только что пришлось быть. Митька, так тот вообще оторвался по полной программе… Рухнул на пол, положил толстую шею на плаху и… зарыдал:

— Нет моей моченьки сей позор терпеть! Руби меня первым, государыня-матушка, верши суд скорый да поспешливый! Ибо чую я местом задним, что мыслишь ты все свои беды мне, сироте, на головушку переложить. Дескать, энто всё Митька беспутный жену царскую на ревизию базарную подтолкнул… А у самой-то мозги есть?! Так уж руби меня без жалости, всё одно со стыда великого в самоваре утоплюсь…

Моя любимая отдышалась, молча подошла к то краснеющей, то бледнеющей венценосной австриячке, обняла её, как старшая сестра, отобрала топор и мягко усадила на лавку.

* * *

— Всё, соколики! — Дверь бабкиной комнатки резко распахнулась, и наша домохозяйка с пылающим взглядом шагнула к столу. — Разгадала-таки я твою загадку, Никитушка! Пиши протокол…"

"Я мгновенно взялся за блокнот и открыл чистую страницу — наконец-то! Вы будете смеяться, но карандаш сломался уже на второй строчке…

— Ничего не пиши, участковый, — мигом изменила тактику наша эксперт-криминалистка.

Еремеев виновато развёл руками.

— А я, дура старая, ещё гадала, чё ж там за блин горелый с дыркою образовался?! Слушай меня внимательно, руки на коленях сложи, спинку прямо… — Бабка заботливо усадила начальника сотни поудобнее и вдруг резко рявкнула, отвешивая ему оплеуху: — Сгинь, Лихо Одноглазое!

От неожиданности Фома брякнулся навзничь, едва не превратив в половик не вовремя высунувшегося кота.

— Вот и излечился от немоты, — философски резюмировала Яга.

— А я уж думал, он ей сдачи даст, — шёпотом скорби несбывшихся надежд протянул Митя.

Я тривиально отвесил ему подзатыльник. Бабка ответила мне благодарным кивком: в плане воспитания младшего сотрудника наши взгляды по-прежнему сходятся.

Однако, до того как мы с ней смогли серьёзно побеседовать, пришлось вспомнить свои служебные обязанности и разогнать всю толпу «по домам». То есть Митьку в сени баиньки, Еремеева на дежурство, матушку царицу наверх спать, мою любимую туда же (даже чмокнуться на ночь в щёчку не успели), а я сел за стол, положив перед собой бесполезные письменные принадлежности. Разговор предстоял долгий.