Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Правило первой ночи!

— Спасибо вам огромное! — улыбнулась мама и открыла дверь на кухню: — Пирожки с настоящим кофе! Проходите!

Рабочие переглянулись, но потом скинули грязную одежду прямо на пол и прошли в кухню. Если они и собирались отказаться, стесняясь, то кофе склонил чашу весов в свою пользу. Где они еще отведают растворимого кофе, который стоит столько, сколько они получают в месяц⁈"

"— С творогом! — щебетала мама. — Вот с мясом, угощайтесь, домашняя свинина!

Я прикрыл дверь и под надзором Наташки и Бориса позвонил Илье, крикнул, как только он снял трубку:

— Илюха, привет! У меня теперь есть телефон! Записывай! — Я продиктовал номер и добавил: — Заканчивается, как наш адрес: 23–46!

— Круто, — вздохнул Илья и произнес траурным голосом: — Теперь вообще видеться перестанем.

— Что за глупости! — Я хотел сказать, что у меня нет человека ближе, чем он, но не стал — Наташка с Борей обидятся. — Ты мой самый лучший друг, я ни на кого тебя не променяю, и дела нам не помешают!

Вроде Илья воспрянул, поздравил меня, и я отключился.

В мое сознание просочилось взрослое желание отметить событие хорошим коньяком, или вискарем, или портвейном, аж челюсти свело, и рот наполнился слюной. Но я — растущий организм, да и Боре с Наташкой не стоит подавать дурной пример.

— Можно мне позвонить? — взмолилась Наташка, я кивнул, она набрала кого-то и сказала: — Привет! Прикинь, у меня теперь есть телефон. Да, только что провели. Не стояли в очереди, платно провели.

Ну-у, не знаю, брат и мать занимались.

К этому моменту рабочие вышли, принялись одеваться, я отсчитал каждому по пятьсот рублей.

— Спасибо вам огромное! Вы нас спасли.

Мама не видела этого жеста щедрости, Наташка заметила и злобно прищурилась. Рабочие не поверили в свое счастье, попытались отказаться, но я не дал, и они буквально упорхнули он нас, счастливые и довольные.

— Лучше бы мне отдал, — проворчала Натка. — И так башлял, и теперь еще — не жирно ли?

На языке вертелось колкость, что Андрея я кормить не намерен, но удалось сдержаться.

— Башлял я начальнице. Эти люди не получат ни копейки. Им задерживают зарплату, и если вдруг случится чудо, и ее выплатят, то лишь через пару месяцев, когда они смогут купить на эти деньги килограмм мяса. Я считаю, что любой труд должен быть оплачен. Это правильно. Точка.

— Нудный, как дед, — бросила Натка.

Из кухни выглянула мама, подошла к телефону, кивнула на него.