Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Минуты медленно выкатывались из вечности, как капли крови из раны, но в отличие от красных клякс они не обескровливали бессмертного организма бесконечности, а падали снова в нескончаемую вневременность, которая не претерпевала от этого кругооборота никакого вреда… Скорей, скорей, времени мало! И нервы, и кровь, и боезапас в обычном, краткосрочном временном отрезке человеческой жизни строго лимитированы! Но казалось, что стрелки невидимых часов перестали двигаться; не долетев, замер на полпути порыв ветра, между двумя ударами остановилось сердце, заледенели и смолкли все звуки…

* * *— Наш микрофон установлен в Большом Концертном зале! — бодрый торжественный голос разорвал тишину, миг безвременья был прорван! — Здесь начинается ежегодный конкурс «Молодые голоса», который откроет талантливой молодежи путь на большую эстраду…

Скат перевел дух.

Наконец-то! Именно этого он ждал с таким нетерпением! Но в импровизированную амбразуру он рассмотрел то, что не хотел бы видеть никогда или хотя бы в ближайший час… Две фигуры в серых халатах, натянутых на лоб паколи и с автоматами наизготовку осторожно выдвинулись из-за скалы на открытый склон, остановились, то ли приглядываясь, то ли принюхиваясь.

Скат знал, что они способны унюхать табачный дым или запах немытого тела с километра, а щелчок предохранителя услышать с пятисот метров, но сейчас до них было около двухсот, а вдобавок к запахам из «Шарпа» раздавался громкий радиоголос — таким обычно через динамики предлагают сложить оружие и сдаться, хотя сейчас текст был другой:

— Много лет этот конкурс продюсирует мэтр российской песни Илья Васильевич Домбровский, именно благодаря его строгому, но справедливому отбору страна узнала десятки новых имен…

Непонятные фразы насторожили и сбили с толку «духов», но остановить их, конечно, не могли.

Пригнувшись, дозорные бросились вперед, за ними, вскидывая автоматы, бежали остальные, разворачиваясь в цепь и стараясь не облегчать задачи вражеских стрелков сдваиванием мишеней. Но задача и так не была слишком трудной. Враги были видны как на ладони, сквозь снайперский прицел Скат мог рассмотреть их лица, их небрежную одежду и спутанные бороды.