— Если бы он узнал, что господин Фродо хочет покончить с его сокровищем, я не сомневаюсь, что у нас очень скоро возникли бы затруднения… Во всяком случае, старый Вонючка так боится Врага и он действует или действовал по какому-то приказу Врага, что скорее выдаст нас, чем будет захвачен, помогая нам. Так я считаю, по крайней мере. И я надеюсь, что хозяин обдумает положение, и обдумает тщательно. Он мудр, но мягкосердечен».
Фродо вначале не отвечал Голлуму. Пока мысли и сомнения возникли в мозгу Сэма, его хозяин смотрел на темные утесы Кирит-Горгора.
Углубление, в котором они скрывались, было выкопано на склоне низкого холма, находившегося на некоторой высоте над долиной, лежавшей между ними и внешними отрогами Гор. Посредине долины выдвигалось черное основание западной сторожевой башни. В утреннем свете ясно были видны пыльные дороги, расходившиеся от ворот Мордора: одна поворачивала на Север, другая уходила на восток и терялась в туманах у подножия Эред-Литуи; третья направлялась прямо к путникам.
Обогнув башню, она входила в узкое ущелье и проходила как раз под тем углублением, где скрывались они. Западнее, что справа от них, она поворачивала, огибая отроги Гор, и направляясь на Юг в глубокую Тень, закрывавшую западную часть Эфел-Дуата; уже за пределами видимости она уходила в узкую полосу земли между Горами и Великой рекой.
Фродо, глядя на равнину, увидел на ней какое-то непрерывное движение. Казалось, целые армии пришли в движение, хотя большая часть их была скрыта испарениями и дымами, поднимавшимися с болот и пустынь.
Тут и там Фродо различал блеск копья или шлема; повсюду видны были группы всадников. Он вспомнил свое видение на Амон-Хене несколько дней назад — теперь казалось, что с тех пор прошло много лет. Теперь он понял, что надежда, на короткое время вспыхнувшая в нем, напрасна. Трубы звучали не вызовом, а приветствием. Это не было нападением людей Гондора на Властелина Тьмы; люди Гондора не поднялись из древних могил, как разгневанные призраки.
Это были люди другой расы, представители далеких равнин Востока, пришедшие по зову своего владыки; это были армии, разместившиеся на ночь лагерем перед воротами и теперь шедшие на соединение с Силами Тьмы. Фродо, как бы почувствовав опасность их положения при свете дня, быстро натянул на голову свой серый капюшон и спустился ниже в углубление. Потом повернулся к Голлуму."
"— Смеагол, — произнес он, — я еще раз поверю тебе.
