Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Нет ли трубки среди ваших трофеев?

— Боюсь, что нет, — ответил Мерри. — Мы не нашли ни одной, даже в этом помещении охраны. Саруман хранил это лакомство для себя. Не думаю, чтобы была польза от попытки постучать в Ортханк и попросить трубку. Разделим трубки, как и подобает друзьям в трудную минуту.

— Минутку! — сказал Пиппин. Сунув руку под куртку на грудь, он извлек маленький мягкий мешочек на веревочке. — Одно из двух своих сокровищ я храню здесь, они для меня дороже Кольца. Вот одно из них — моя старая трубка.

А вот и другое — неиспользованная трубка. Я пронес ее через все земли, хотя сам не знаю зачем. Я никогда по-настоящему не надеялся найти трубочное зелье в путешествии, когда мое собственное кончится. Но теперь трубки оказались нужными. — Он протянул Гимли маленькую трубку с широкой полоской на головке. — Погасит ли это мой долг?

— Погасит? — воскликнул Гимли. — Благороднейший хоббит, я перед вами в глубоком долгу.

— Ну, я отправлюсь на свежий воздух, взглянуть на небо и на ветер! — промолвил Леголас.

— Мы идем с вами, — подхватил Арагорн.

Они вышли и уселись на груде камней у дороги. Отсюда им хорошо была видна долина: туман поднялся и рассеялся.

— Отдохнем здесь немного! — сказал Арагорн. — Мы сидим среди руин и разговариваем, а Гэндальф в это время занимается делами. Я чувствую усталость, какую редко испытывал раньше. — Он плотнее завернулся в серый плащ и вытянул свои длинные ноги. Потом лег на спину и выпустил из губ тонкую струйку дыма.

— Смотрите, вернулся Следопыт-Скороход! — воскликнул Пиппин.

— Он никуда не уходил, — возразил Арагорн. — Я и Скороход, и Дунадан, я одновременно принадлежу и Гондору, и Северу.

Они некоторое время курили в молчании, греясь на солнце. Леголас лежал неподвижно, глядя на небо и на солнце и тихонько напевая для себя, наконец он сел.

— Ну что, — сказал он, — время уходит, туман развеялся, если только вы, странный народ, не замените его своим дымом. А где же рассказ?

— Мой рассказ начнется с пробуждения в темноте, — сказал Пиппин.

— Проснувшись, я увидел себя связанным в орковском лагере… Какой сегодня день?

— Пятое марта по счислению Удела, — ответил Арагорн.

Пиппин произвел какие-то расчеты на пальцах."

"— Всего лишь девять дней назад! — удивился он (каждый месяц в календаре Удела насчитывает тридцать дней (Примеч. авт.). — Мне казалось, что с тех пор прошел целый год. Ну, хотя половина этого времени была как дурной сон, я насчитываю три ужасных дня.