Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Но Гамельнский крысолов — сказочный персонаж.

— А Тенгеля Злого и всю фантастическую историю Людей Льда ты считаешь более вероятными? Я, например, уверен, что история крысолова более правдоподобна, чем история Людей Льда, мы даже знаем, когда он явился в Гамельн — в 1284 году!

— Из этого следует, что Тенгель Злой побывал в Гамельне в 1294 году, если верить, что он пришел туда ровно через десять лет после крысолова.

— Ты не искал его следов дальше Зальцбурга?

— Зальцбаха, — поправил его Дан. — Я думаю, что искать дальше бессмысленно.

В Зальцбахе след обрывается, а искать вслепую — все равно, что искать иголку в стоге сена.

Даниэль нарушил воцарившуюся тишину:

— Дядя Вендель, расскажите еще что-нибудь про источники жизни! — попросил он.

Ведель посмотрел на него с грустной улыбкой:"

"— Я знаю только то, что мне рассказывала шаманка. У меня записано все, что я пережил в Сибири, если хочешь, можешь прочитать мои воспоминания. Что касается Тенгеля Злого, то со слов Тун-ши я знаю, что Тенгель Злой не заключал с Сатаной союза, как мы все считали.

Он продал своих потомков смерти, которая на языке тарангайцев называется Шама. С тех пор они будто бы должны служить злу. Они должны убивать, должны заполнять сад Шамы молодыми, красивыми цветами. Шама — божество, которому поклоняются только таран-гайцы. Еще ему поклонялись самые первые Люди Льда. Тун-ши и сама была из рода Людей Льда, она была сущим дьяволом. И все-таки, я любил ее.

— Так же, как мы любим своих отмеченных печатью? — спросил Дан.

— Пожалуй. Хотя Тун-ши и не была отмечена печатью, но колдовать она умела! Кстати, Даниэль, она сказала, что в котле Тенгеля были не только колдовские травы, но и что-то другое. И будто бы Тенгель сам не сторожит свой котел. В месте, где зарыт котел, показывается только его дух.

— Ульвхедин тоже говорил, что если Тенгель Злой почувствует, что его тайне угрожает опасность, он может при помощи мысли переместить свой дух в Долину Людей Льда, находясь при этом на другом конце света, — подтвердил Дан.

— Это в точности слова Тун-ши, — заволновался Вендель. — Только она еще говорила, что Тенгель пребывает в глубоком сне. А вот где он спит, не знает никто.

— Можно предположить, что где-нибудь южнее Зальцбаха, — вмешался Даниэль. Все поддержали эту мысль.

— А помнишь, она еще сказала, что в Таран-гае родился ребенок, отмеченный печатью, это правда? — спросил Даниэль. — Он родился тогда же, когда и я, или чуть раньше.

— Все верно, Даниэль. — Вендель улыбнулся.