Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

И значит, его голова была абсолютно пустой.

Как, черт возьми, она узнала, что он делает, когда думает о ней?

Один из мавров, охраняющих офис Ривенджа, вышел на улицу.

— Ты остаешься здесь или заходишь?

Джон поплелся обратно за столик, парой глотков прикончил бутылку Короны, и был рад, когда одна из официанток, не спрашивая, принесла ему еще одну.

Хекс исчезла в основной части клуба. Он искал ее, пытаясь разглядеть сквозь водопад, который отделял VIP-зону от остального клуба.

Хотя, ему не нужны были глаза, чтобы знать, где она.

Он чувствовал ее. Среди всех этих тел в клубе, он точно знал, которое принадлежало ей. Она была возле бара.

Боже, мысль о том, что она смогла, не моргнув глазом, обездвижить парня в два раза больше ее самой, обжигала его как адово пекло.

И то, что ее, казалось, совсем не задевал тот факт, что Джон фантазировал о ней, было огромным облегчением.

А от мысли о том, что она хотела, чтобы он произносил ее имя, когда кончает… ему захотелось кончить прямо сейчас.

Предполагалось, что это и был ответ на вопрос, что ему нравиться больше, солнечный свет или гроза, не так ли. И он точно знал, чем именно займется, когда вернется домой.

Глава 9

Далеко от раскинувшегося лоскутного одеяла фермерских полей Колдвелла, еще дальше на север, за городами, расположенными вдоль притоков реки Гудзон, в трех часах езды от канадской границы, из земли вырастали горы Адирондак. Их величественные вершины покрывал ковер из сосен и кедров, а древние ледники протянулись вдоль всего хребта вплоть до границы с Аляской еще задолго до того, как эту землю назвали Аляской, а люди или вампиры обозначили эту границу.

Когда закончился последний ледниковый период, что позднее впишут в учебники по истории, в земле образовались огромные выбоины, которые заполнились талой водой. На протяжении многих поколений, эти огромные природные бассейны приобретали свои имена: озера Джордж, Чэмп-лэйн и Блу Маунтин.

Люди, эти надоедливые паразиты со своим многочисленным потомством, как и многие другие животные, оседали в устье реки Гудзон в поисках свободного доступа к воде.

Проходили века, росли и множились города, создавалась «цивилизация», со всеми вытекающими вторжениями в окружающую среду.

Но горы так и остались хозяевами. Даже в век электричества и техники, автомобилей и туризма, Адирондак все еще определял ландшафт северной части штата Нью-Йорк.

И посреди лесов оставалось еще много потаенных диких мест.