Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Пока мы шли к домикам, где жили преподаватели и персонал, нам навстречу время от времени попадались стайки студентов, то разместившиеся на траве под раскидистыми деревьями, то облюбовавшие тенистые беседки. Причём, они проявляли к нашей компании не менее активный интерес, чем я к ним, разглядывая то переноску с Даришей, то хранительницу, зачем-то решившую передвигаться по парку в нематериальном образе, не скрывающем её истинную сущность. Так что пока мы добирались до нужного домика, за нашими спинами то и дело раздавались удивлённые шёпотки.

Правда, подходить и интересоваться целью визита никто не торопился. Похоже, деда здесь знали многие, поэтому по территории академии мы прошли без приключений.

Тётка Матрёна оказалась дородной улыбчивой женщиной, встретившей нас с распростёртыми объятиями. Причём, её радость казалась настолько искренней, что натиску зашкаливающего обаяния поддалась даже бабуля.

Насчёт вкусного ужина, кстати, я была права. Поваром тётка Матрёна оказалась замечательным, несмотря на то, что кулинарным наукам обучена не была.

Но её семья держала в ближайшем городке трактир, так что толк в приготовлении пищи женщина знала.

- Еда должна быть сытной и вкусной, - накладывая на тарелки отбивные, размером с ладонь, вместе с овощным гарниром, просвещала нас повариха, под одобрительно-влюблённые взгляды деда, - так меня учила моя мать, а её - бабушка. Всё эти новомодные изысканные блюда здесь, в академии, не в почёте, поскольку молодым растущим организмам нужна энергия для физического и магического развития, а получить её в достатке можно только из мяса и рыбы.

Вот из этих продуктов мы, в основном, здесь и готовим.

- Энергия нужна не только молодым, если что. Мне вот, например, подкрепиться тоже лишним не будет, - беря себе самую большую порцию, уведомил нас дед. - Так что ешьте смело, гости дорогие, Матрёна плохого не предложит и не посоветует.

Зардевшиеся щёки женщины говорили о многом, поэтому, чтобы не смущать влюблённых, я сосредоточилась на ужине, пряча улыбку за большущим куском отбивной.

Я была рада за деда, ведь тётка Матрёна, судя по его счастливому лицу, оказалась той самой

- единственной, рядом с которой он был действительно счастлив, потому и беспокоиться о нём больше не стоит. Теперь жизнь и здоровье родственника в надёжных женских руках.

Жгучая тоска, ставшая привычной за эти дни, вновь сдавила грудь, но я тут же отбросила её прочь, сосредоточившись на настоящем.