Чтобы пехота не оглядывалась назад и не пыталась убежать через реку, все подходы к единственному мосту в Петровском перекрыли усиленными заградотрядами и пропускали только транспорт с ранеными, а также машины своей армии, занимающиеся доставкой боеприпасов и челночащие туда-сюда. Всех бегунков в тыл собирали, и формировали из них маршевые взводы и роты, направляя на пополнение, воюющих на передовой частей и соединений. Боеприпасы вместе с продуктами сразу пускали в дело, порожняк и машины со снаряжением и военным имуществом укрывали в лесу за рекой, используя по мере необходимости.
И хотя командование Юго-Западным направлением приказывало пробиться к 6-й армии и восстановить общий фронт обороны, такой возможности мы уже не имели, с трудом обороняя плацдарм и не давая сбросить войска нашей 57-й армии в реку.
Когда командование осознало, что наступление на Харьков полностью провалилось, и даже закрепиться на занятых рубежах не получится, было уже поздно.
Противник окружил группировку 6-й армии большими силами. Пришлось отдавать приказ на прорыв и выход из окружения. Кто-то прорвался в составе ополовиненных потерями полков и дивизий, а кто-то выходил, разбившись на мелкие группы. В обороне на левом фланге оставили только те танки, которые не могли двигаться и имели фатальные повреждения ходовой части и моторов. Все боеготовые танки мы сосредоточили на участке прорыва на правый фланг. Удалось пробить узкий коридор к окружённым, но только на время.
утром противник ударами с двух сторон при поддержке бомбардировочной авиации снова перерезал его. Танков, ушедших в прорыв мы лишились, вернулись только танкисты, и то не все. Кто-то погиб, а кто и пропал без вести. Но благодаря мужеству и жертвам экипажей, удалось вытащить из окружения и спасти хотя бы часть армии, а это не один десяток тысяч человеческих жизней. Технику выпустят новую, а вот люди, людей уже не вернёшь.
Плацдарм мы удерживали до конца месяца, и всё это время к нам прорывались группы бойцов, выходящих из окружения, но с каждым днём их становилось всё меньше и меньше.
Поначалу противник пытался нас сбросить в реку, но обломал зубы, после чего ограничился действиями разведгрупп, артиллерийскими обстрелами и налётами авиации по переправам. Отошли за реку мы только по приказу командования фронтом, так как удерживать плацдарм смысла уже не была.
