Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Инспектор, флегматично глядя по сторонам, молча ее выслушал и заявил:

– Вот я и говорю, смотреть надо за своим добром.

– Это как же смотреть? – взвизгнула Женька, а наш водитель сказал:

– Поехали, девчонки.

– Поезжай, мы уже прибыли, – отмахнулась подружка.

– Да отстань ты от него, – опять влез водитель. – Что он тебе, тачку из кармана вынет?

– Да они ее даже не ищут. Вон «Фольксваген» едет, красный, чего не тормозишь?

– Ты мне дотыкаешься, я тебя в отделение отправлю, – рассвирепел инспектор.

Наш водитель чертыхнулся и уехал, что показалось мне весьма разумным. Слово «отделение» произвело на меня впечатление, и я потянула Женьку за руку. Она извлекла из сумки свое журналистское удостоверение, и мне пришлось возвысить голос:

– Да угомонись ты. В конце концов, это моя машина."

"Она продолжала возмущаться, я ускорила шаги, и мы успели отойти на значительное расстояние от милицейской машины, когда Женька вдруг замерла, огляделась и заявила:

– Нам в другую сторону.

– Ты думаешь, нас все еще ждут? – глядя на часы, спросила я.

– Думаю. Дядька обязательный, должен ждать. Тем более что ждать не ему, а шоферу, а он душа подневольная… Ну-ка глянь, как тебе тачка?

Я посмотрела в ту сторону, куда Женька тыкала пальцем, и увидела темный «БМВ», сиротливо стоявший возле тротуара.

– Сдается мне, это за нами, – удовлетворенно заявила Женька и ускорила шаг.

Окно «БМВ» было слегка приоткрыто, и я увидела за рулем мужчину средних лет, который то ли дремал, то ли просто сидел с закрытыми глазами.

Подойдя вплотную, Женька легонько стукнула по стеклу, мужчина вздрогнул, посмотрел на нас без особой приязни, но через мгновение выражение его лица изменилось.

– Вы Евгения Петровна? – спросил он.

– Точно, – кивнула Женька. – А это Анфиса. А вас как величать?

– Валера. – Он поспешно вышел из машины, огляделся и спросил: – А машина ваша где?

– Машину угнали, – сообщила Женька и поведала ему нашу печальную историю.

Валера сокрушенно покивал головой, сказал несколько «добрых» слов в адрес милиции и торопливо распахнул заднюю дверь.

– Садитесь, пожалуйста. Я, честно говоря, начал беспокоиться. Уже и Льву Николаевичу звонил, он велел до утра ждать, говорит, если б вы ехать передумали, то ему бы сообщили, значит, что-то в дороге стряслось. Надо же, такая незадача… Вы устраивайтесь, а я Льву Николаевичу позвоню, сообщу, что вы прибыли… Ну и о машине вашей.