Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Сейчас ее привезут в реанимационную палату, и медсестра пригласит вас ненадолго, — поднимается на ноги и протягивает мне ладонь.

— Спасибо, — пожимаю его руку и провожаю взглядом.

Осталось подождать совсем чуть-чуть. Присаживаюсь на лавку, откидываюсь на стену и прикрываю глаза. Слава богу, все хорошо.

Глава 10 Cергей

Сажусь в машину, завожу двигатель, но никуда не еду. В груди распирает от переизбытка эмоций, не справляюсь с ними. Откидываюсь на спинку и прикрываю веки. Перед глазами бледное лицо Алены на больничной кровати в окружении всевозможных трубочек и капельниц.

Такой она кажется крошечной и хрустальной, что страшно прикоснуться. Такая молодая и столько всего уже пережила."

"Моя совесть сегодня особенно в ударе, грызет и пилит с удвоенной силой. Осознаю все свои косяки, чувствую вину перед этой девушкой и во что бы то ни стало хочу помочь ей. Чтобы очистить карму и снять камень с души. Нелепые мысли о том, что мои мотивы могут быть совершенно другими, гашу в зачатке, не давая пробиться ничему человеческому.

Не нужно мне это. Я не такой.

Телефон призывно вибрирует в кармане. Достаю и, не открывая глаз, отвечаю на звонок.

— Ты что, издеваешься? — Недовольный голос Полины стремительно вгрызается в мозг.

— Чего тебе? — сухо интересуюсь, не давая никакой реакции.

— Ты опять не отвечаешь!

— Если не отвечаю, значит, не хочу с тобой разговаривать.

— Конечно, как и всегда, — язвительно тянет она, но мне все равно. Нет никаких моральных сил на нее. Не хочу спорить и что-то доказывать.

Нахера оно мне?

— Поль, чего ты хочешь?

— Узнать, когда ты вернешься.

— Скоро, — примерно прикидываю время до нашего дома.

— Поужинаем вместе?

— Нет. Я не голоден. — Мне кусок в горло не полезет явно.

— Почему? Наелся уже?

Осточертело, но сейчас делать лишних движений категорически нельзя. Это усилит внимание к моей персоне. Поэтому проглатываю все то, что хотел бы ей сказать, и спокойно отвечаю:

— Просто не хочу есть.

— Ты никогда не хочешь, если я прошу!

Достала, ей-богу.

Сбрасываю звонок, небрежно швыряю телефон на пассажирское сидение и выезжаю с парковки. Но еду не домой, а сворачиваю к отцу. Зачем — сам пока не знаю, надо просто проверить обстановку.

Паркуюсь около особняка, не въезжая во двор. Я ненадолго. Охрана без вопросов пропускает меня на территорию. Прохожу по тропинке к главному входу и толкаю двери.

— Здравствуй, сын. — Отец встречает меня в коридоре с бокалом в руках. — Ты без звонка.