Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Старался не обижать, потому что Ляля тоже старалась. Но в миг, когда она решила, что имеет право претендовать на право жены, понял, что дорожки разошлись. Женой должна быть девочка с понятием, интеллигентностью и интеллектом. Жена — не постельная игрушка.

— Не похожа.

— Ну хорошо, если так, то я сегодня в семь или в восемь заскочу.

— Договорились.

Демьян кладет трубку, а я хмыкаю. Он вообще предпочитает, чтобы женщина была молчаливой, покорной и толковой. Это не значило, что ему по душе безмолвные рабыни, но однозначно не скандальные штучки, которые предпочитают амплуа дорогих стерв.

Надеюсь, я доживу до того момента, когда какая-нибудь неглупая и энергичная девушка охомутает Демьяна и женит на себе. Он старший, пора бы уже и честь знать. И я, и Пелагея совсем не против поняньчить племяшек.

Наблюдаю за разговором Алисы и продавца. Параллельно набираю ребят и даю указание разобраться со слежкой. Заодно проверить Абдулова, возможно, есть моменты, которые мы упустили.

Лицо Алисы меняется. Я вижу, как в голубых глазах мелькает обида, а… продавец вдруг мягко забирает у неё платье и вешает на место.

Это ещё что такое?!

Договорив, я сую телефон в карман и чеканным шагом захожу в бутик. Алиска стоит вся прямая как струна, смотрит с вызовом на свою визави. Нижняя губа закушена так, что стала белой. Моя девочка держится, но видно, что в любой момент может сорваться. Продавец нагло ухмыляется, кривит накрашенные тёмной помадой губы. Собирается что-то сказать, даже набирает воздуха в грудь, но…

— Что здесь происходит? — ледяным тоном спрашиваю я.

Продавец резко переводит на меня взгляд и еле слышно охается, делая шажок назад.

/Алиса Маздалевская/

Я уже успеваю накрутить себя, решить развернуть и с гордо поднятой головой выйти из магазина, но голос Архипа заставляет замереть. Могу только скосить на него глаза, чтобы понять, что происходит. Ох, какой он… Кажется, хочется спрятаться не только продавцу, но и мне. Подойдет даже эта стойка с кассовым аппаратом.

В его глазах сверкают молнии, выражение лица такое, что не стоит противоречить.

— Что. Здесь. Происходит, — повторяет он. — Я спрашиваю непонятно?

Продавец тут же ослепительно улыбается. Точнее, она думает, что это так выглядит. На самом деле получается какое-то паралитическое подергивание губ. Она явно не ждала такого, видно, думала, что я забрела по ошибке.

Я хочу подойти к Архипу, взять его под руку и увести отсюда. Пусть давится своей злобой, наплевать. Такой ничего не докажешь.