Вахид знал, что он не придет. Их не должны видеть вместе. А если бы осмелился и появился, то наверняка эта женщина бросилась бы перед ним на колени, пытаясь поцеловать руки. Бедняга не знала, что если бы не ампула со смертельным веществом, упрятанная в ее вещах, так бы и доживала она свой век в развалинах этого города.
Когда пересекли административную границу, пошли наряды милиции. У Вахида то и дело проверяли документы. Фирузу несколько раз заводили в купе проводников, где сотрудницы в гражданской форме устраивали полный досмотр.
Чеченка относилась ко всему со спокойствием. Перед самой Москвой, прихватив с собой сумку, она ушла в туалет и вернулась оттуда уже эффектной европейской дамой без намека на забитую и молчаливую горянку. Белая блузка со смелым вырезом на груди, распущенные, отливающие синевой волосы, юбка и босоножки. Вахид некоторое время смотрел на нее с открытым ртом, забыв, что, по сценарию, он знает эту женщину и его уже ничто не сможет удивить в ее внешности.
На вокзале бабушку, а следовательно, и Вахида с Фирузой, поджидала дочь.
Эффектная блондинка, смахнув слезу, лишь на мгновение прильнула к груди матери, после чего похожий на шкаф мужчина, представленный маме как муж, с кислой улыбкой на лице подхватил узелки, и все устремились на электричку."
"Дарья Семеновна несколько раз пыталась по дороге обнять и расцеловать дочь, но та, с едва скрываемой брезгливостью, отстранялась. Джин понял: у этих людей есть деньги, чтобы вывезти из Чечни не только старушку мать, но и еще с десяток таких же несчастных людей, просто она здесь не нужна.
Наверняка дочь, выращенная и спасенная этой женщиной, сейчас кляла все на свете, что мать не погибла. Он сокрушенно вздохнул. Джин, не один год работая среди русских, не понимал, почему этот народ так относится к своей родне. В их республике он знает всех родственников не только по линии отца и матери, но и по линии жены. А это почти небольшая страна. В ней почитают старших и заботятся о младших. Есть корни, и есть зеленые ростки.
Значит, у такого народа всегда большое будущее. Хоть он и воевал на стороне русских, в глубине души гордился, что его народ, такой маленький, гордый и смелый, не задумываясь, противопоставил себя огромной стране. Но такие мысли противоречили здравому рассуждению. Он прекрасно понимал, что Чечня должна остаться в составе России. Приход еще одного Масхадова и еще несколько лет независимости приведут чеченцев к самоуничтожению и отбросят на много веков назад.
