Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Но вот установить и задержать Сабину Табен нам будет непросто. Могут возникнуть большие проблемы.

— В чем они выражаются? — не понял Стукало.

— Понимаешь ли, приехавшая из Житомира жрица любви, как и её подруга Загорулько, живёт в городе без прописки, на птичьих правах. Не поедем же мы в известный тебе спортивный комплекс и не станем там всех встречных и поперечных спрашивать, кто такая Сабина Табен, в каком кабинете принимает своих клиентов. При нашем появлении в спортивном комплексе там поднимется такой переполох, что не приведи Господи! Каждый попытается незаметно сбежать, чтобы не попасть к нам на учёт и не подвергнуться штрафу.

В таком переполохе Табен наверняка попытается от нас скрыться и уехать к себе на родину, чего мы никак не должны допустить. Нам нужен человек, который издали мог бы показать нам эту путану, чтобы мы могли её сфотографировать, проследить за ней и в благоприятных для нас условиях задержать её. Кроме того, надо, чтобы члены бригады Таракана этого не узнали, не всполошились и не бросились в бега.

"— Проблема серьёзная, и, откровенно говоря, я не знаю её решения, не представляю, как теперь быть.

— А не поможет ли твой информатор найти ответ на нашу задачу?

— Не знаю. Мне просто в голову не пришло его об этом спросить.

Сообщая Коцареву о преступных действиях бригады Таракана, Стукало ничего не рассказал о человеке, который сообщил ему эти важные данные, так как Волчий Ветер просил его об этом.

Вообще оперативники привыкли довольствоваться, как правило, сведениями от своих товарищей по работе, которыми те считали нужным с ними поделиться.

Стукало по находящимся в его производстве уголовным делам имел массу материалов, о которых не знал Коцарев. В свою очередь, у начальника уголовного розыска в голове и в сейфе секретной информации по работе было больше, чем у всех работников ЛОМа, вместе взятых.

Оперативники привыкли получать огромное количество секретной информации по работе, которая на них тяжким бременем, как на сплетников, не давила.

Они о своих секретах автоматически забывали. Информация, отработав своё, становилась для них несущественной. На смену одним новостям, секретам работа каждодневно подбрасывала им новые. Однако если интересы службы требовали от них сведений о второстепенном, то они о нем говорили столько, сколько считали нужным. Вот и сейчас наступил именно такой момент, когда нужно было поговорить о второстепенном.

— Твой информатор по бригаде Таракана, как я вижу, ценный источник.